В безумной титановой клетке, запертой под двумя замками и охраняемой гигантскими смертоносными существами, ждет девушка. "Роэл Харт, стажер" — это прикосновение реальности к нереальности в мире, где даже самая маленькая надежда на свободу выглядит абсурдной и неудачной....
– Сейчас оно мне безнадежно мало, но когда-то это было мое любимейшее платье. От самого Арсели Уилбера! И по распродаже дорогущее было – всю зарплату бабахнула! Но оно стоит того, правда, Роэл?
Хочу видеть тебя в платье, куколка. В охренительном обтягивающем красном платье, под которое ты не наденешь белье. Оно будет настолько коротким, что при малейшей попытке нагнуться любой сможет полюбоваться тем, что находится у тебя между ног. А когда проходящие мимо мужчины и даже некоторые женщины будут пялиться на тебя, мысленно уже имея во всех позах, ты будешь думать только обо мне и о том, как тебя буду трахать я.
Едва увидев себя в зеркале, Роэл вспыхнула и прижала к щекам ладони, чтобы хоть немного охладить их. Не в ее стиле. Совсем не в ее.
Платье было облегающим, коротким и ярко-красным. Таким красным, что по сравнению с ним все краски в комнате, казалось, потускнели, стали серыми и скучными. Шелковистая ткань льнула к коже, как руки опытного любовника.
Как руки Гаспара Леоне.
Роэл встретила в отражении свой взгляд, который показался ей откровенно похотливым, и испуганно принялась стягивать с себя магическое платье Арсели Уилбера.
– С ума сошла? – заорала Рейчел, пытаясь ей помешать. – Да ты в нем выглядишь, как богиня! У Ника твоего слюни потекут! Роэл, стой, остановись! Ты сломаешь застежку! Какая-то ненормальная, ей-богу… Я знаю, что ты подобное не любишь, но оно же потрясное! Любая женщина должна раз в жизни надеть такое платье.
В коридоре послышался страшный грохот и в комнату заглянул всклокоченный муж Рейчел:
– А? Что? Ух ты, сногсшибательно выглядишь, Роэл! Слов нет! Новое платье купила?
– Вообще-то это мое! – возмутилась Рейчел. – Не помнишь?
– Э-э-э… нет... – с какой-то даже вопросительной интонацией проговорил Поль."
"Был он существом самую малость рассеянным, но бесстрашным. В этой ситуации любой благоразумно бы соврал. Полю благоразумие было чуждо, за что он и получил, а после него досталось самой Роэл.
Роэл ничего не оставалась, как обуть лодочки телесного цвета и, поудобнее перехватив сумочку, проковылять к ожидающему у тротуара такси.
