В безумной титановой клетке, запертой под двумя замками и охраняемой гигантскими смертоносными существами, ждет девушка. "Роэл Харт, стажер" — это прикосновение реальности к нереальности в мире, где даже самая маленькая надежда на свободу выглядит абсурдной и неудачной....
Роэл задохнулась, как от толчка в солнечное сплетение и вышла вон, в вечерний и холодный двор.
Здесь был разбит живописный садик с аккуратно подстриженными кустами, ровными дорожками и розовыми фонарями, в центре которого находился корпус с разновеликими высокими кровлями, оказавшийся подсвеченной оранжереей.
Роэл застыла, невидяще глядя перед собой и пытаясь проглотить колючий комок, подступивший к горлу. Щеки горели, как будто ее по ним отхлестали. Хотелось куда-нибудь поставить пустой бокал и накинуть на плечи что-то уютное, длинное и теплое.
И в этого человека, который так спокойно смог сказать ей такие обидные слова, она была влюблена? Этого человека считала самым красивым, самым великолепным, самым лучшим? Этого человека мечтала вернуть?
«Дурочка!» с глубочайшим презрением подумала девушка, покачав головой.
Дверь в оранжерею была распахнута и Роэл скользнула внутрь с одним только стремлением – спрятаться, чтобы никто не нашел.
С одной стороны Роэл понимала, что нельзя обращать внимания на грубые слова Леконта, но из-за них все равно было больно, больно, больно… Как он сказал?
Разве что какой-то ненормальный на всю голову псих тебя оценит…
«Что ж, пожалуй, ты недалёк от истины, Ник» с горечью подумала девушка.
– Привет, куколка.
Он явился из-за мглы покатых стекол, как призрак. Явился по ее душу.
Было странно, нереально видеть его не в тюремной робе уродливого кроя, а в черных узких брюках, черном жилете и ослепительно-белой рубашке с закатанными рукавами, открывающими часть татуировок на предплечьях. Его можно было назвать красивым, но это была бы ложь.
Он казался бледнее обычного, и эта нездоровая бледность резко контрастировала с темными, гладко зачесанными назад волосами, с его будто вымазанными в крови губами и глазами, черные зрачки которых целиком скрыли зеленую радужку. Эти глаза казались провалами в ад, под толщу земли, где так темно, так холодно и так жутко.
– Бесподобно выглядишь, – проговорил Гаспар, пожирая Роэл этими страшными глазами.
