Автор
В школе разгорается загадочная серия происшествий: все девушки начинают видеть таинственных парней в зеркалах и слышать их голоса, даже когда никто рядом не стоял. Я наблюдаю за этой аномией со стороны, но чувствую влияние этих невидимых существ на свою ближайшую смену — Германа Горра с его изумрудными глазами и стройной фигурой под маской толстяка....
Но почему-то Герман не рад его приходу. Мне даже кажется, что он сразу как-то напрягается. Особенно когда его папа протягивает руку, чтобы познакомиться со мной.
– Александр Германович, отец вот этого красавца, – улыбается он, быстро и цепко оглядывая меня с ног до головы. Затем говорит: – Наслышан. Лена?
– Да, здравствуйте, – киваю я и тоже ему улыбаюсь, хотя робею. Кто я для него? Та самая девочка, ради которой его сын отказывается учиться за границей. Представляю, какое у него ко мне отношение. Впрочем, виду он не показывает.
"– Какие планы на будущее? – спрашивает он.
Я теряюсь, но потом говорю о том, о чем мечтала раньше, до того, как узнала про аневризму.
– Я очень хочу стать учителем начальных классов, я люблю детей… Поэтому хочу поступать в пединститут.
Мои слова на него никакого впечатления не производят. Он из вежливости кивает со скучающим видом. Потом уже отзывает Германа в сторону и обращается к нему, но мне слышно.
– Хорошенькая, вкус у тебя есть, – хмыкает он.
– Прекрати. Я вообще не ждал, что ты придешь.
– Ну как я мог пропустить такое событие? Поздравляю, кстати. Вечером будь дома. Отметим.
– Я приглашу Лену.
– Нет, – отрезает он. – Никаких Лен. И вообще будут только свои. Наш круг.
И удаляется. Я замечаю, как тут же отделяются от толпы и следуют за ним двое крупных мужчин в костюмах – наверное, телохранители.
После торжества наши всей толпой идут на набережную. Мы с Германом тоже идем с классом, но потом потихоньку отстаем.
– Давай куда-нибудь смотаемся до завтрашнего утра? – неожиданно предлагает он. – Можем опять в Листвянку съездить или еще куда-нибудь…
Он сейчас злится на отца. Вот и хочет поступить наперекор ему. А я не хочу, чтобы они ссорились, тем более из-за меня.
– Нет, – качаю головой. Я молчу про подслушанный разговор. Понимаю, что иначе ему будет неловко. Поэтому сочиняю на ходу: – Я пообещала вечером бабушке ей помочь там… сделать кое-что. Давай лучше завтра до самого вечера будем гулять?
– Как скажешь, – улыбается он, но как-то безрадостно.
***
На следующий день бабушку тоже вытягивают на прогулку ее подруги. Даже не на прогулку, а на танцы! На бульваре Гагарина организовали танцпол под открытым небом. Живой оркестр играет старые вальсы, а пожилые люди приходят, слушают музыку, общаются, ну и танцуют даже.
Сначала я маюсь от безделья в ожидании.
