Автор
В конце последнего экзамена я жажду показать ему свою зачетку — так недостаточно круто для моих подруг с машинами. Половину года назад мы поспорили: кто из нас раньше закончит первый курс и получит машину. Я на самокате, а они уже в других автозависимых мирах. У меня всего восемнадцать — время для динамичных преобразований еще есть....
— С кем?!
— Это вас не касается.
— С твоей шлюхой?!
— Полегче! — мой настрой в миг меняется, брови падают на глаза, а голос становится стальным, — Выражения выбирай.
— А кто она, а?! Трахает женатого мужика!
— Я женатый мужик не по своему выбору, и ты это знаешь.
— Мы перешли на «ты»?!
— Считай перешли. Она все знает, нет больше смысла притворяться.
— Ты плохо соображаешь, Олежа? — елейно протягивает Степан Андреевич, — Я же сказал, что этот брак мне нужен. Мы договорились на пять лет. Пять лет еще не прошли.
— Она…
— Она подчинится!
Вдруг маска «примерного» отца падает, и он показывает свою истинную суть. Жадный, алчный мудак, которому плевать на свою дочь по факту то. Раньше он хоть как-то старался демонстрировать другие чувства — сейчас нет. Ему действительно насрать, что она меня видеть не может. Она подчинится.
— Сделаешь ей ребенка и успокоится.
— Нет.
— Это не вопрос выбора, Олег. Алиса хочет ребенка, он отвлечет ее от твоего бл…
— Я сказал — нет!
Двое из ларца делают угрожающий шаг в мою сторону, но я только усмехаюсь.
— Серьезно?! Угрозы побоями?! Трясусь и плачу. Нет.
— Не боишься, значит?!
— Абсолютно. Мне насрать, что со мной будет, но никакого ребенка я никому делать не собираюсь. Если только женщине, которую люблю.
— Если бы ты лучше скрывал свои похождения…
— Ты сам дал мне карт-бланш на измены, забыл?
— Но я предупредил, что она не должна узнать.
— Она не такая дура, как ты думаешь.
— Алиса то? — Степан Андреевич прыскает, а потом снисходительно смотрит на меня, — Она моя дочь, поэтому я знаю, что звезд с неба в плане интеллекта никогда не хватала и не будет.
В это мгновение меня дико кроет. Ты охренел вообще?! Сжимаю кулаки, разжимаю их, снова сжимаю и снова разжимаю. Мэр за этим наблюдает скучающе, потом кивает своим мордоворотам, и они четко поставленным шагом идут на меня.
Я набрасываюсь первым. Искренне устал быть в этой позиции, зажатого в тисках идиота, но ожидаемо проигрываю схватку очень быстро.
— Значит так, Олежа. Слушай очень внимательно…
— Пошел…ты.
— Что ты сказал?!
Поднимаю на него глаза, полные ярости, и выплевываю снова. Более доходчиво.
— Пошел. Ты. На. Хер.
