Автор
В конце последнего экзамена я жажду показать ему свою зачетку — так недостаточно круто для моих подруг с машинами. Половину года назад мы поспорили: кто из нас раньше закончит первый курс и получит машину. Я на самокате, а они уже в других автозависимых мирах. У меня всего восемнадцать — время для динамичных преобразований еще есть....
В постеле у нас проблем нет, да и кому не понравится? Алиса слишком красива, но, жаль, на этом все. Кукла она, я ее так и называю. Девчонка думает, что это мило, потому что понять не может, осознать отказывается, что это действительно значит. Да и плевать. Свою часть договора я выполнил. Как только она кладет руку мне на грудь и придвигается ближе — я встаю и иду в душ, а сам про себя один и тот же вопрос каждый раз задаю: когда же ты поймешь наконец, что плевать мне на тебя?!
Но она не понимает. Для Алисы это все слишком сложные материи, вместо этого она готовит мне завтрак.
А может и хорошо бы если да? Пришел бы в нашу трешку, а ее нет и одна записка: Олег, наш брак был ошибкой, я люблю другого. Прости. Прощай.
«Я бы даже не переживал, вот честно, только рад был бы от нее наконец избавиться…» — размышляю, задумчиво намазывая масло на тост, — «Плевать мне на эту квартиру.
Благо состояние позволяет не думать о таких мелочах. Бизнес мой в гору пошел так круто, что я меньше чем за год расплатился с тестем — красота да и только. Ушел я в строительство, в чем неплохо разбираюсь — папаша мой бригадиром когда-то был. Ему, конечно, до меня далеко, но многому научил, а в армии поднатаскали сильнее — теперь я просто гуру.
— Олег, ты меня слушаешь?
Нет. Не слушаю, Алиса, иди ты в жопу.
Мой взгляд, однако, она не видит — все еще спиной стоит, потом только поворачивается, когда я себя уже контролирую. Ставит передо мной тарелку, а я цыкаю.
— Алиса, блин, я сто раз просил тебя не добавлять никаких чертовых ягод!
— Но также вкуснее!
— Мне нет! — повышаю голос, смотрю на не строго, а она опять взгляд тупит в пол, как овечка несчастная, — И хватит строить из себя чертову жертву! Я сто раз говорил, что сам могу сделать себе еду, но если ты взялась — делай, как я хочу!
— Прости…"
"Здравствуй, тон полумертвой лебедессы.
