Внутри смартфона жуткое молчание. Звонки исчезали безвести из виртуального пространства. Но душа не унималась, она требовала встречи с Лёшей, даже если это было невежливо. Это не любовь – скорее тревожный сигнал, который разыгрывает свои краски на фоне обреченной тихости и пустоты в сердце....
Похоже, «Это не любовь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Её реплику Анварес и вовсе проигнорировал.
Наконец обе от него отстали. И хорошо. Ему надо подумать. Хотя что тут думать? Доработает до конца дня и поедет к ней, объяснит всё.
Юля, может, и вспыльчивая, но зато понятливая и отходчивая. И даже лучше, что они поговорят вечером – она успеет остыть и сможет спокойно его выслушать.
Раздумья прервал звонок по внутреннему номеру.
Ответила Эльвира Марковна:
– Да… да… да
С каждым её «да» менялась интонация от благодушной к изумлённо-встревоженной. Затем Эльмира Марковна вернула трубку на место и, повернувшись к Анваресу, сообщила:
– Анечка из деканата звонила.
Анварес равнодушно пожал плечами. Ну что могло случиться? Впервые, что ли, Волобуев выходит из себя? Да он спокойным реже бывает. Что сразу панику устраивать?
107
Анварес встретил Юлю на лестнице, совсем неожиданно. И как назло поговорить толком не мог – Волобуев ждал.
Он понимал, что она обиделась. Однако она вела себя совсем иначе, чем раньше. Обычно, если её что-то задевало, она хмурилась, дулась, смотрела исподлобья, психовала. И, конечно, сразу сообщала, что обиделась и на что обиделась, и это, кстати, очень упрощало их общение и ускоряло примирение.
Тут же на него как будто взирала совсем чужая девушка, холодно, бесстрастно, отчуждённо. Девушка с лицом-маской.
Обида обиде рознь, конечно, но он никак не ожидал, что его Юля может быть вот такой.
Однако добило другое. Возмущённое шипение:
– Что вы себе позволяете?! Уберите руки!
Анварес отшатнулся, точно его водой ледяной окатило…
* * *В деканате его, видно, поджидали.
Анечка, едва Анварес возник на пороге, тотчас изменилась в лице. Вместо привычной приветливой улыбки на мгновение проступило странное выражение.
– Роман Викторович, – залопотала в трубку, – к вам Александр Дмитриевич. Да, сейчас. – И уже ему сухо: – Входите.
Волобуев сидел, откинувшись в кресле, но поза эта, вроде и вальяжная, выдавала напряжение."
"На приветствие Анвареса он не ответил, молча указал, куда сесть. Молча смотрел, как Анварес пересёк кабинет, отодвинул стул, присел, сложив руки перед собой.
