Внутри смартфона жуткое молчание. Звонки исчезали безвести из виртуального пространства. Но душа не унималась, она требовала встречи с Лёшей, даже если это было невежливо. Это не любовь – скорее тревожный сигнал, который разыгрывает свои краски на фоне обреченной тихости и пустоты в сердце....
Похоже, «Это не любовь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Я как должен оценивать вашу работу, если её, по сути, и нет? Вы бы хоть что-нибудь подготовили…
– А какой смысл? – дерзко спросила она, чуть прищурившись. – Если вам всё равно не угодишь. Я тогда готовилась, но вам не понравилось.
Последняя фраза у неё прозвучала с какой-то детской обидой, он даже еле сдержал улыбку.
– Потому что нужно было читать произведение, а не критические статьи. Меня интересовало именно ваше мнение. А вы ведь даже перефразировать не удосужились то, что вычитали. Разумеется, мне это не понравилось.
– Откуда я знала, что вас интересует? В школе бы мне пять поставили за такой ответ. А сегодня вы вообще меня не спросили ни разу. Как я, по-вашему, должна показывать свою работу?
– А вы к сегодняшнему семинару подготовились? – изогнул он вопросительно бровь.
Она потупилась, коротко мотнула головой.
– Ну вот видите. И лекции вы пропускаете… Если бы вы посещали и внимательно слушали меня, то знали бы, что я требую от студентов.
Аксёнова смотрела в сторону с безучастным видом и молчала.
"– Вы ведь в курсе, что студентов, неаттестованных два раза подряд по одному и тому же предмету, могут отчислить?
Она дёрнула плечом.
Он начал раздражаться – ну как можно быть такой беспечной? Как можно так наплевательски относиться к собственному будущему?
– Насколько я знаю, – в его голос незаметно вкрались назидательные нотки, – вы учитесь на бюджете, а, значит, церемониться с вами не будут. К тому же у вас и с остальными дисциплинами проблемы…
Она молчала, но вдруг встрепенулась, вперилась в него немигающим, хмурым взглядом:
– А вы откуда знаете про другие дисциплины? – вопрос застал его врасплох.
Это был прокол. Выяснить-то подобные сведения – не проблема. Дело в другом: Анварес узнавал это у секретаря в деканате намеренно. И это был чистой воды личный интерес. Тогда как его, по идее, интересовать такое не должно. Он ведь не куратор их группы.
Анварес мог бы соврать что-нибудь, ну мало ли? Но он молчал.
Он понимал, что не владеет больше своим лицом и, наверняка, выдаёт себя с потрохами. Только об этом сейчас совсем не думалось. Потому что её взгляд и выражение лица тоже изменились.
