В тою минуту ты находишься в поезде, широко расставив ноги и опираясь на крохотный умывальник из нержавеющей стали — все еще пытаешься найти логичную связь между твоими мучениями в вагонном туалете и всем этим кошмаром в полумраке больничного коридора. Стоящий рядом врач смотрит на тебя с усталой непроницаемостью, его руки двигаются быстро по твоему телу — а здесь, за тысячи миль отсюда, маленькая жизнь дрожит в ожидании решения врача....
Первый раз за долгое время отвлечься от своих проблем и от всей неразберихи и страданий, которыми теперь была полна Тэдбери…
Его огорчало, что мама так редко спрашивает, как дела у Софи. Почему она должна чувствовать какую-то угрозу со стороны его жены? Почему не может понять, что он просто любит их обеих всем сердцем? Но Марк давно уже понял, что давить на маму в этом вопросе значило только еще больше осложнить ситуацию. А еще он знал, что, несмотря на жуткое раздвоение личности, которое вызывали подобные визиты, для него этот час, проведенный с мамой и бабулей – двумя женщинами, для которых он всегда будет центром их Вселенной, – был как подзарядка аккумулятора.
Когда, повинуясь указаниям навигатора, Марк ехал к первому дому – трехэтажному строению в георгианском стиле на окраине большой деревни, всего в сорока минутах езды на электричке от Лондона, – на глаза ему попались вазоны с цветами на фотографиях, которые лежали рядом с ним на пассажирском сиденье, и он почувствовал, как изменилось его лицо, когда вспомнил о других цветах – медленно умирающих в двух больших вазонах перед домом Джил и Энтони.
Если б только он мог открыто обсудить с мамой, бабулей, Малкольмом или еще с кем-то, насколько растерзанным себя ощущает… Насколько его радует мысль о сестренке или братишке для Бена! И в то же время… Насколько страшит вероятность возврата в те черные дни четыре года назад, когда он долгие часы в темноте добирался до Девона, а его внутренности скручивались в узел от чувства вины, страха и ужаса.
Марк знал, что теперь он уже будет следить за симптомами, узнает их, и помощь придет быстрее.
Все было совсем не так, как он это себе представлял, совсем не так, как они это себе представляли…
«Забери ребенка, Марк. Я так больше не могу».
Глава 27
В недалеком прошлом
Я посмотрела на свои ноги. Наконец-то в этом году я надела удачную обувь.
