В тою минуту ты находишься в поезде, широко расставив ноги и опираясь на крохотный умывальник из нержавеющей стали — все еще пытаешься найти логичную связь между твоими мучениями в вагонном туалете и всем этим кошмаром в полумраке больничного коридора. Стоящий рядом врач смотрит на тебя с усталой непроницаемостью, его руки двигаются быстро по твоему телу — а здесь, за тысячи миль отсюда, маленькая жизнь дрожит в ожидании решения врача....
Просто хочу немного ускорить процесс. Ты прелесть. Письмо отправлю прямо сейчас. Заранее спасибо."
"Мэттью убрал телефон в карман. Письмо он отправит сразу же, как только сможет. Как раз в этот момент в двери повернулся ключ. Отец с дочерью обернулись и увидели, как в дом вошла Салли, нагруженная двумя сумками с покупками и с букетом тюльпанов в руках. Всё это она сложила возле холодильника.
– Ну, как мы себя вели?
– Утоляли жажду. А вот показывать свою гениальность в сортировке фигур настроения не было. Боюсь, что ты всё это себе придумала, милая.
Жена Мэттью бросила взгляд на большую игрушку-сортер, стоявшую перед Амели, и прищурила глаза.
– В этот момент надо отвернуться, разве я тебе не говорила? – Она отнесла цветы к сушилке для посуды.
– Не понял.
– Амели ничего не будет делать, пока ты на нее смотришь.
Мэттью с трудом в это поверил.
Салли подошла и протянула красный кубик дочери.
– Уверена, что наша Амели не знает, куда это надо вставить. – Сказав это дочери, она отвернулась и схватила Мэттью за плечо, чтобы повернуть и его.
– А ты уверена, что поступаешь правильно? – запротестовал детектив. – Мы с тобой растим какого-то монстра, Салли: крохотный ребенок, у которого в словаре есть только одно слово «НЕТ» и который отказывается выполнять задания, если ты не отвернешься…
– Тс-с-с. А теперь посмотрим, сделала ли нам Амели сюрприз? – Сал почти выкрикнула эти слова, и они повернулись к дочери.
К удивлению Мэттью, кубик исчез. Сначала тот стал искать его на полу, решив, что дочка просто бросила его.
– Это полтергейст, – заявил Мэттью. – Амели не могла сделать это сама. Считается, что она сможет делать это только через несколько недель…
Салли рассмеялась и вернулась к раковине, чтобы взять с подоконника вазу и наполнить ее водой из-под крана.
– Это полтергейст, правда, Амели?
– НЕТ! – Девочка вновь взялась за свою бутылочку, а Мэттью наклонился вперед, чтобы поцеловать ее в лобик.
И вот – случилось!
– ПАПА.
Все замерло – немая сцена. Мэттью слушал, как эхо отражается от всех стен, но боялся поверить, что это правда.
– Что ты сказала? – Он задал вопрос шепотом, а Салли повернулась к ним с тюльпанами в руках.
– ПАПА.
Амели посмотрела ему прямо в глаза и вновь принялась за сок. Это было мгновение чистого волшебства. Мгновение, которое превзошло все, что Мэттью испытывал до этого. В день, когда она родилась. В день, когда он привез ее домой.
