Автор
В дому Адалина Ридвон обнаруживает жестокую мачеху и сына, готовящихся к ее отъезду. Здесь царит злоба и несправедливость, заставляющая главную героиню впервые задуматься о правде слухах и настоящих отношениях в этом доме.
Машина останавливается от нас близко, обдавая облаком пыли. Из салона выходит мужчина.
“Что?!” — внутри меня вспыхивает острая ярость."
"Тарсон Вилсон поворачивается к нам и небрежно ухмыляется, когда встречается со мной взглядом. Но он не один, с мужчиной высокого роста, худощавого телосложения, с поседевшими бакенбардами и цепким холодным взглядом. По его виду можно понять, что он не здешний, явно какой-то приезжий из дальних стран. Его взгляд скользит по мне и впивается в Кери.
— Как ты посмел? — шиплю я, когда Тарсон выходит вперёд.
— Знал, что ты ещё мне пригодишься. Точнее, ты мне как раз и не нужна, только твоя дочь.
— Только попробуй сделать шаг, — угрожающе пронизываю взглядом.
— А то что? Что ты мне сделаешь? Или опять ждёшь своего любовника? Как я и говорил, ты ему не нужна.
— Господин Кан вас в тюльму посадит! — выкрикивает Кери.
Я держу малышку крепче, ни за что её не отдам. Тарсон едко ухмыляется.
— Он даже не узнает. Я не собираюсь тебя трогать, всё будет сделано ювелирно.
Сердце грохочет в груди. Лёд страха сползает по позвоночнику к пояснице.
— Так вот, слушай. Твоя дочь отправится с этим человеком, — чуть поворачивается к незнакомцу. — А ты примешь одну настойку и забудешь всё, возможно, это немного сведёт тебя с ума. Но тем и лучше, тебя примут за сумасшедшую, которая сама дела куда-то свою дочь. Знаешь, твоё упрямство играет только на руку.
— Ты псих! — выкрикиваю я, меня начинает жутко трясти от осознания того, что может случиться.
Тарсон смеётся, а потом вдруг бросает знак тем двоим в форме, они подступают ко мне.
— Нет! — отшатываюсь я, чтобы бежать, но не выходит, меня хватают и вырывают из рук Кери.
— Мама!
Фоэрт Кан
Утром мне нужно было заехать в отдел. Поступил важный документ из штаба. Кажется, есть сведения о заказчике, я не мог не узнать имени этого преступника, чтобы немедленно схватить его. Впрочем, “схватить” сегодня не входило в мои планы.
Ловлю себя на этой мысли, так странно испытывать это новое и такое приятное ощущение. Чувствовать себя отцом, невероятно. Вчера был хороший день, не так ли? Ведь мне удалось добраться до её сердца, пожалуй, это самая большая моя победа. И одно я понял, находясь на том побережье, прижимая её к себе: она не боится трудностей, но жутко боится полюбить меня.
