В холодных лабиринтах Минска он чувствует себя незнакомым гостьем. Жизнь, казалось бы, сворачивается вокруг него, а мысли бьются о стену решимости. Куда ни шло — враги идут на новый шаг, будто сглаженные струны скрипки. Эта книга держит сердце за горло, пока не разгадаешь тайну его присутствия в столице....
Немецкая военная форма ладно сидела на нем, а от погон лейтенанта вермахта он не мог оторвать взгляд. Он попал-таки в элиту, стал полноправным, ну, почти полноправным винтиком великой немецкой военной машины. И вот новая деталь в его отражении — Железный крест второго класса на кителе."
"И, черт возьми, этот немецкий орден ему нравился! Он оплачен риском и кровью. За ним — распыленные жизни большевиков и их прихвостней.
После того визита в Москву Курган успешно добрался до Юго-Западного фронта. Вышел на явочной квартире на связь с разведывательной группой и принял руководство ею.
Потом была еще одна заброска с диверсионно-разведывательными целями. Из пяти человек вернулись только двое, включая его. Агент Кунак в самом начале задания высказался своему другу по разведшколе, что пора бы к своим уходить, от немцев же вырвались.
— К краснопузым решил переметнуться? — спросил предателя Курган.
— Это для тебя краснопузые, сучье вымя! — крикнул Кунак. — А для меня они свои! И вас, мразь фашистскую, скоро додавят. А тебя повесят. Потом приотпустят. И снова веревочку натянут. И так, пока ты сам себе вены не перегрызешь! Ну, стреляй! Только знай, никогда вашим я не был!
— Слабое звено, — кивнул Курган и выстрелил…
Он встряхнул головой, прогоняя нахлынувшие воспоминания.
Курган сильно изменился. Никогда не думал, что когда-нибудь будет гордиться чем-то честно заслуженным, как например этот Железный крест. Он всегда считал, что по возможности нужно урвать как принадлежащее тебе по праву, так и то, что пока принадлежит другим. Но незаметно существование рядом с немцами, в орбите их порядка и устремлений, сделало то, что не смогли сделать пионерия и комсомол.
Новый Курган нравился сам себе. Это был человек плана и цели. Вот только одна неувязочка. Восточный фронт.
Дела у немцев там шли, прямо скажем, неважно. За последнее время они пережили такие поражения, которые иначе чем военной катастрофой не назовешь. Комиссары слишком быстро научились воевать и даже иногда побеждать.
Сперва Курган думал, что Советам просто везет.
