В темном лагере лопоухий Эдд вытягивает из реки утопленника и сразу же становится центром внимания зевак. Тело уже окоченело, но Эдд продолжает проверять его, чтобы убедиться, что там нет остальных предметов. Власть тени и неясности окутывает этот маленький мир диких ребят, где каждый день может быть последним....
Гулять с Симоном девушке понравилось больше, чем с родителями: кузен не заморачивался с безопасностью и вел ее тем путем, который считал нужным – они вышли с площади, прошли пару вонючих переулков, спустились по широкой улице, отходя в сторону каждый раз, когда мимо проезжали простые повозки или кареты. Ева с любопытством поглядывала на конный транспорт и ухмылялась, замечая кое-где очередную кучу экскрементов. Экскрементов, если уж на то пошло, было много, причем от разных «производителей», но девушку уже не так сильно беспокоил запах, как раньше, когда она видела подобное на улицах Сколля.
Да, город вонюч, но от этого никуда не деться; немного спасают весенние ветра. Когда перед ними открылся вид на Западное море, Ева остановилась. Никакого тебе пологого берега, сплошные обрывы со следами обрушений, а внизу – темные воды и пена, и ветер гуляет ого какой, вовсю шатая деревья. Мрачный вид, но и в нем своя прелесть, и дух захватывает так же, как и тогда, когда Ева впервые увидела Карибское море.
— Не стой на ветру, — сказал Симон, поежившись.
Но Еву ветер беспокоил в последнюю очередь.
— Красиво как, — вымолвила она, напрягая глаза, чтобы увидеть больше и дальше. Да и дышится здесь лучше; свежо, солоно.
— Вы, жрицы, во всем красоту видите, — улыбнулся мужчина: для него самого море – это лишь большая вода. Ну и торговый путь, чтобы можно было привозить всякие диковинки из других земель.
— Неженка, — бросила Ева, забыв, что ей лучше поменьше говорить, но Симон, считающий себя чуть ли не будущим рэндом, счел это за комплимент. Это босякам важно быть здоровыми и крепкими, а люди богатые и уважаемые имеют право быть капризными и холеными.
Они двинулись дальше и вышли на улицу, где располагается нужная им аптекарская лавка. Симон уверенно подошел к дому, над дверью которого висел аптекарский герб с изображением какого-то зеленого чудовища.
Внутри было достаточно темно и пахло разнообразно. Ева с интересом огляделась: вместо прилавка ящики с весами и некоторыми другими интересными приспособлениями, на бесконечных полках – бесконечные емкости разных размеров. Еще развешаны всякие мешочки с интригующим содержимым, и чучела животных.
