Ночью в большом цехе работают два человека: Джилл — опытная механик, и неизвестный мужчина в дорогом черном пиджаке. Он кажется подавленным, когда видит стружку на полу, которую должен убрать. Джилл заметно раздражена его присутствием, но все же предлагает помощь, словно надеясь на примирение....
— Мы собрались здесь сегодня, чтобы укрепить связь между нашими кланами, — Аботорус сделал паузу. — Будем надеяться, что мы добьемся большего успеха, чем в прошлый раз.
Эвиас пропустил завуалированное оскорбление. Он знал, что с самого рождения был сплошным разочарованием. Ему никогда не позволяли об этом забыть. Воспоминания о наказаниях всплыли в его голове, но Эвиас продолжал скрывать свои эмоции. Он молчал, потому что чувствовал, как отец наблюдал за ним, ожидая какой-то реакции.
— Давайте начнем, лорд Аботорус.
"— Сомневаюсь, Дэкер. Я не вижу, чтобы кто-то из моей расы стремился поселиться в твоем клане, тем не менее ты ожидаешь, что я приму членов твоего клана.
Лидер клана вамп-ликанов тихо зарычал.
— Мы предлагали, но члены твоего клана отказались покинуть утесы.
— Потому что мы не варвары.
Эвиас сосредоточился на своем сердцебиении, стараясь держать его ровным. Лорд Аботорус, казалось, решил оскорбить гостей.
Вот только Эвиасу не могло так повезти, поэтому он просто продолжал стоять на одном месте.
— Ты согласен с нашим соглашением, Дэкер? Мне становится скучно. Как ее зовут?
— Маргола. Младшая сестра моей пары, — лидер клана вамп-ликанов протянул руку и подвел девушку ближе к алтарю.
— Подожди, — проворчал Аботорус. — Разве твоя пара не из другого клана? К какому именно клану принадлежит эта девушка?
— К моему, — отчеканил Дэкер.
Эвиас молча убеждал ее отказаться. Если бы она пошла на попятную, то так было бы лучше для них обоих. Тем не менее девушка вздернула подбородок. Это не помогло разглядеть ее черты, так как Эвиас не осмеливался отвести взгляд от алтаря.
— Согласна, — прошептала она.
— Эвиас тоже согласен, — пробормотал Аботорус.
— Так не пойдет, — запротестовал Дэкер. — Он должен произнести эти слова.
— Я принимаю ее как свою любовницу, — громко и четко заявил Эвиас.
Миниатюрная женщина вздрогнула. Он не винил ее за чувство страха. Это был признак интеллекта. Эвиас размышлял, почему она согласилась жить в его новом доме.
