Автор
Архимаг Михаэль, устав от бесконечных войн, посвятил себя науке и исследованию магической ДНК. На пороге великого открытия, которое раскроет природу магии, он должен выбрать между спасением мира и личными амбициями. Его путь приведёт к неожиданным испытаниям и опасным врагам.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Эволюционер из трущоб. Том 2 (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Архимаг Михаэль, устав от бесконечных войн, посвятил себя науке и исследованию магической ДНК. На пороге великого открытия, которое раскроет природу магии, он должен выбрать между спасением мира и личными амбициями. Его путь приведёт к неожиданным испытаниям и опасным врагам.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Антон Панарин Легкое чтение Фантастика Зарубежная фантастика подборки серии
Архимаг Михаэль, устав от бесконечных войн, посвятил себя науке и исследованию магической ДНК. На пороге великого открытия, которое раскроет природу магии, он должен выбрать между спасением мира и личными амбициями. Его путь приведёт к неожиданным испытаниям и опасным врагам.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Эволюционер из трущоб. Том 2 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мысленно согласился, хоть и не планировал прямо сейчас падать без сознания. Если отец смотрит трансляцию, то это покажет меня не с лучшей стороны.
'Образец содержит следующие доминанты:
Глава 5
Женский вибрирующий голос озвучил список: 'Образец содержит следующие доминанты:
«Острый нюх»,
«Звериное чутьё»,
«Ночное зрение»,
«Падальщик»,
«Ускоренная регенерация»,
«Жажда крови»,
«Крепкие кости»,
«Животные рефлексы».
Услышав такой набор отменных модификаций я присвистнул! Это вам не жабры! Тут полезно практически всё. Разве что «Падальщик» и «Жажда крови» смущают, а в остальном полнейший и безоговорочный восторг! С учётом ранения мне бы сейчас не помешала ускоренная регенерация.
— Господа! — воскликнул Углов. — Это было восхитительно! — Куратор то зыркал на меня, то на камеру под потолком. — Лекаря в клетку! Срочно.
Дверь клетки скрежетнула и внутрь вбежал сутулый мужик лет сорока.
— Ох-ох-ох. Малышок, не кисло тебя подранили-то, — стал он причитать, а после откупорил зубами банку с перекисью и щедро плеснул на рану. Кровь стала пениться. Лекарь отодвинул край рубахи, посмотрел на кожу, а после обернулся и крикнул. — Саныч! Давай носилки! Мальца в лазарет надо, рваная рана, будем шить.
— Какой лазалет? Я сам могу идти? — возмутился я
— Да сиди ты. Отдыхай. Чё скачешь-то? — попытался удержать меня лекарь, но я извернулся и выставил перед собой острие копья.
— Дайте палу минут, — попросил я.
— Мальчонка, а тебя псина, часом, не покусала? А то ты бешанный какой-то, — усмехнулся лекарь, подняв руки вверх.
В клетку вбежал Саныч с носилками и удивлённо уставился на меня. Он явно не ожидал, что мелкий карапуз будет угрожать острой железякой его коллеге.
— Эт чё такое? Совсем ошалел? — пробасил Саныч, но в разговор вмешался Углов.
— Дайте парню взять трофей на память, а после он пойдёт куда скажете. Да, Михаил? — стальным тоном спросил Иван Викторович и угрожающе пригладил чёлку.
— Совелшенно велно, — кивнул я и вымученно улыбнулся.
— Ну и славно, — Углов громко хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание. — А вы чего рты разинули? Живо в клетки! Вас уже ждут баргесты.
Ребята вышли из ступора и рванули исполнять приказ. Я же стал орудовать копьём срезая жесткую, как щетина, шерсть баргеста. Откромсав чёрный кусок шерсти, я спрятал его в карман, отбросил копьё и сел на расстеленные на песке носилки.
— Ну чё? Поехали, шоль? — усмехнулся лекарь, и меня тут же оторвали от земли.
Но прошли мы недалеко. На выходе из клетки нас остановил Углов.
— Ничего не хочешь мне отдать? — спросил он, улыбаясь.
— Слеза — мой тлофей. Я лади неё жизнью лисковал, — решительно сказал я и накрыл рукой карман, ставший влажным от крови.
— Ладно. Можешь оставить.
