— Нужно его родителям сообщить.
— Чего? Хочешь заявиться к нему домой и сказать «Здрасьте, мы тут недавно вашего сына полуживым приносили, так вот, теперь мы его ещё и потеряли. Хорошего вам вечера, не хворайте»? Так, что ли? — возмутился Гарик и потянулся к пачке сигарет, которую уже не носил с собой пару лет. Рука ощупала карман, не нашла курева и со злости схватила горсть песка и зашвырнула её в воду.
— Гар, так-то Беляш прав. Нужно его родным рассказать. Если бы ты пропал, твоя мать с ума бы сошла от волнения. Станислав Карлович и Елизавета Максимовна имеют право знать. Карлович толковый мужик, может, сможет Мишку разыскать. — Леший посмотрел на Гарика, и тот нехотя кивнул.
— Давай сообщим. Только рассказывать будешь ты.
— Не вопрос, — согласился Леший.
Компания оседлала стальных коней и направилась прямиком на улицу Зелёную. Прогремел гром, с небес заморосил мелкий противный дождик. Колёса скользили по влажному грунту неминуемо приближая разговор, который Леший не знал, как начать.
Добравшись до двора Михаила, ребята столпились у калитки, выставив впереди Лешего.
— Ну, давай. Открывай калитку. Чего встал, как вкопанный? — подтолкнул друга Гарик.
— Без сопливых разберусь, — буркнул Леший и взялся за бублик калитки. Клац. — Эммм… Заперто.
— Странно. Станислав Карлович уже должен быть дома, — прокомментировал Рыбак.
— Ждите тут, — сказал Леший и полез через забор.
Оказавшись внутри, он осмотрел двор. Амбарный замок на бане, сарае, дом тоже заперт, а шторы задвинуты.
— Это как так? Они уехали, что ли? — прошептал Леший, подёргал запертую дверь дома и полез обратно. — Пацаны, а родители Мишки уехали. Может, и его забрали, как думаете?
— Ага, блин. Забрали. Прям с велика. И испарились! — вспылил Гарик. — Ничего не понимаю.
Так и не придумав, что теперь делать, ребята сели на велосипеды и поехали по домам. Мокрые, продрогшие, запутавшиеся.
* * *Я остановился у расписания и уставился в список групп, который казался бесконечным. Меня, как новенького, определили в группу под кодовым номером Н-6.4. Буква Н значила «новички». Шестёрка отражала возраст группы, а четвёрка — это порядковый номер подгруппы. В каждой подгруппе обучалось тридцать человек, и таких подгрупп набралось аж семнадцать штук.
Судя по расписанию, с минуты на минуту должно начаться занятие по стрельбе. Я рванул в сторону тира, не желая пропускать тренировку, и на бегу вспомнил про ребят. Я даже не смог им передать весточку. Всё так быстро случилось. Разлом, звонок Архарова, отъезд. Надеюсь, не рыщут по лесу, пытаясь меня отыскать.
Поглощённый этими мыслями, я добрался до стрельбища. Из бетонного здания доносились приглушенные хлопки.