На стене висело полотно — портрет святого Игнатия, основателя Ордена иезуитов, а в нише стояли толстые книги в кожаных обложках. Убранство комнаты было настолько непривычным для Японии, что Джек с новой силой затосковал по дому.
— Садись, — приказал священник, когда дверь захлопнулась.
Джек привычно опустился на колено.
— Сюда. — Священник нетерпеливо махнул на деревянный стул попроще. — Ты совсем забыл наши обычаи. Впрочем, что с тебя взять? Если долго жить с японцами, можно и с ума сойти. Поэтому я создал здесь уголок Португалии. Эта комната — мое убежище, где я отдыхаю от назойливых местных ритуалов, формальностей и этикета.
Джек сел, продолжая удивляться обстановке.
— Ты меня понимаешь? — Священник произносил слова медленно, как будто обращался к дурачку. — Может, лучше говорить с тобой… по-английски?
Юноша насторожился. Несмотря на внешнее дружелюбие собеседника, в его манере держаться было что-то змеиное. Джек не сказал священнику, откуда он родом, значит, иезуит знал его историю. Джеку отчаянно хотелось поговорить по-английски, впервые за столько лет, но он должен был дать понять, что его стоит воспринимать всерьез.
— Можно по-японски. Или по-португальски, если вам угодно, — ответил Джек, мысленно благодаря мать-учительницу.
Священник криво улыбнулся.
— Отрадно видеть, что ты хорошо образован. А то мне показалось, что ты простой мальчишка из матросов. Мы будем говорить по-английски. Я уверен, ты скучаешь по родной речи. Меня зовут отец Диего Бобадилло, брат Ордена Иисуса, протектората католической церкви, и глава миссионеров в Японии. Кроме того, я верховный советник его светлости Хагэсава Сатоси.
Джек вспомнил, что именно этому человеку отец Люций, иезуит из Тоба, просил передать японско-португальский словарь.
— Я вас искал, — перебил Джек. — Я был знаком с отцом Люцием.
Священник поднял брови, больше ничем не выдав своего удивления. Очевидно, отец Люций рассказал своему главе об их встрече.
— Умирая, он завещал мне отдать вам его словарь. К сожалению, его похитили.
— Досадно. Впрочем, не стоит беспокоиться.
Джека смутила реакция священника.
— Отец Люций писал словарь больше десяти лет. Он говорил, что таких больше…
— Что ушло, то ушло.
— Словарь украл ниндзя по имени Глаз Дракона.
— Не знаю такого. — Священник нахмурился. — И потом, зачем ниндзя словарь?
— Он охотился не за словарем, а за…
Джек осекся. Как искусно священник его разговорил. Усыпил бдительность, беседуя на английском. Нужно быть начеку, чтобы не сболтнуть лишнего.
— Продолжай.
Внезапно Джеку пришло в голову, что влиятельный иезуит может объявить Глаза Дракона в законный розыск и помочь ему вернуть журнал.
— Он охотился… за мной, — в последний момент исправился Джек.