— Что, если это другой словарь, составленный кем-то из священников?
— Отец Люций говорил, что таких книг больше нет.
— Может, Глаз Дракона понял, что похитил не ту книгу, и избавился от словаря? А потом книга случайно попала к отцу Бобадилло, — предположила Акико.
— Мог бы сказать! — возразил Джек. — Отца Бобадилло не огорчила пропажа словаря, потому что он уже у него! А значит, у него может быть и мой журнал.
— Это немыслимо! — воскликнул Ямато. — Ты всерьез считаешь, что главный советник Хагэсава Сатоси и его духовный поводырь нанял Глаза Дракона и приказал ему украсть журнал и убить тебя?
— Да, — решительно кивнул Джек.
— Он священник! Разве кража и убийство не противоречат монашескому обету? Я знаю, что иезуиты — враги твоей страны, но он на нашей стороне. Сам говоришь, он обещал вернуть тебя домой. Отец Бобадилло нам сочувствует и вовсе не похож на вора и убийцу.
Джек устало вздохнул. Для него-то все было очевидно.
— Помните, на смертном одре отец Люций попросил у меня прощения: мол, ему пришлось кому-то о чем-то сказать, — не зная, что за это готовы пойти на убийство? Наверняка он говорил о журнале и своем наставнике, отце Бобадилло.
Акико задумчиво смотрела в небо. В ее глазах отражались звезды.
— Нельзя просто так обвинить советника его светлости в краже или в убийстве. Нужны доказательства. Прежде всего надо убедиться, что ты действительно видел словарь отца Люция…
— Что ты предлагаешь? — с нервным смешком перебил Ямато. — Прогуляться в охраняемую днем и ночью цитадель, заглянуть в комнату священника и порыться у него на полке?
Акико улыбнулась.
— Именно так.
Прошло не меньше недели, пока друзьям представилась возможность осуществить задуманное. Учеников на полдня оставили тренироваться самостоятельно. До этого сэнсэи Нитэн ити рю ежедневно муштровали юных самураев, учили их формировать строй и драться в полном боевом облачении. Отдыхать было некогда: сэнсэи знали, что жизнь учеников зависит от их подготовки.
Каждый день в Осаку прибывали все новые и новые войска, принося новости о налетах и набегах во всей Японии и о том, что на Осаку надвигается колоссальная армия. В замке собралось множество чужестранцев и обращенных в христианство японцев. Видимо, политика даймё Такатоми привела к тому, что все миссионеры искали защиты у Сатоси. Казалось, Джек должен был радоваться такому количеству европейских лиц, однако среди них не было англичан или голландцев. Кроме случайных торговцев и купцов, все были испанскими монахами или португальскими иезуитами.
— Это безумие, — прошептал Ямато, когда они приблизились к первым воротам. — Отец отречется от меня, если узнает.