В глубокой тьме южной пустоши, тревожный крик прерывал молчание. Несущийся в холодном ветре, он вырвал меня из спячившегося сна. Олира — молодая девушка, не по годам устрашающе стройная и полна тайны. Ее глаза, яркие как незнакомый цвет в ночи, сияют мудростью и страхом одновременно. Кто же она? И зачем меня разбудил такой неожиданный гость?...
Вот-вот все должно было решиться…
В какой-то момент фигурки замерли без движения. А потом маг внезапно кинулся к Арраму и повис на его шее. Значит это на самом деле Хелейна.
Наконец, они оба направились в обратный путь. Я выдохнула. Значит все хорошо. Или не совсем хорошо… В какой-то момент Аррам подхватил Хелейну на руки.
— Неужели она ранена, — прошептала я…
— Нет, — покачал головой Идор. — я ее просканировал. У нее нет повреждений. Она просто истощена… Как будто бы не ела несколько дней.
— Что ты сделал? — не поняла я.
— Ну, да, — стушевался маг. — Я обследовал ее магией. На расстоянии. Это не очень сложное заклинание, хотя его мало кто использует, оно очень затратное.
— Ты лекарь? — удивилась я. То ли Адор, то ли Олира как-то обмолвились, что в обители Великого отца живут самые сильные маги-инквизиторы и их ученики, которые в будущем должны заменить своих наставников.
— Нет, — вздохнул Идор и покачал головой. — Я будущий инквизитор. Для лекаря у меня слишком большие способности. Но мне всегда нравилось помогать Тироху… А это заклинание я нашел в древней книге по целительной магии, которую он мне дал почитать.
— У меня в Яснограде есть друг-лекарь. У него нет магии, но зато он умеет лечить травами… Если хочешь, я попрошу его взять тебя в ученики…
— Я хочу.
Я повернулась к Идору и улыбнулась. Он смотрел на меня в упор, не мигая. Как будто бы ждал, что я смогу разрешить его дилемму."
"— В большом мире никто не контролирует и не исправляет наши мысли. Каждый человек у нас может думать все, что хочет.
— Любовь очень вредное чувство, — покачал головой Идор. — Оно ведет к необдуманным поступкам и нарушениям порядка… Вот, к примеру, взять меня и моего отца… Если бы я смог подавить эти чувства в себе, то не отправился бы в неизвестность, рискуя потерять жизнь и благосклонность Великого отца.
— Любовь делает нас сильнее, Идор, — улыбнулась я.
