Автор
Долина Салинас-Валли в северной Калифорнии таит в себе древние секреты. Здесь пологие холмы, река Салинас и затаившиеся среди них тайны природы создают неповторимую атмосферу. Помнишь летний звон птиц над лужицами? Игра красок на ветвях осенних деревьев? Эта книга раскроет тебе неизведанные уголки Долины, заряжая тебя новыми эмоциями и воспоминаниями....
Проснулся он наутро в десять, здорово поел у Папы Эрнста и около часу отправился автобусом в Уотсонвилль. Там он встретился со старым приятелем, которого заранее предупредил по телефону, и сыграл с ним три партии в бильярд. Выиграв последнюю, Джо поставил на место кий и подал приятелю две десятки.
— Зачем мне твои деньги, — удивился тот.
— Бери-бери!
— За что? Я же ничего…
— Очень даже чего. Толково объяснил, что ее тут нету. У тебя на таких дамочек нюх.
— Одно не пойму — на кой она тебе понадобилась.
— Уилсон, я ж тебе сразу сказал: не знаю. И сейчас то же самое говорю. Заплатили мне, вот и ищу.
— Ну ладно, я тебе все выложил… Да, тут еще съезд какой-то собирался — вроде дантисты или Совы. Хотела будто туда податься. Не помню только, сама она сказала или померещилось мне. Пошукай в Санта-Крусе. Свои там есть?
— Кое-кто имеется.
— Поговори с Малером. Хол Малер — запомнишь? Он большую бильярдную держит, «Холова луза» называется. Ну, и втихую, натурально, стол покерный.
— Спасибочки, — сказал Джо.
— Не за что. Деньги-то возьми назад.
— Не мои они. Купи себе Гавану.
Автобусная остановка была через два дома от «Холовой лузы». Было уже поздно, но игра в заднем зальце была в самом разгаре. Джо прождал целый час — пока Холу не понадобилось в сортир, — чтобы познакомиться с ним. Хол разглядывал его своими большими водянистыми глазами, которые из-за толстых стекол очков казались размером с блюдце. Он не спеша застегнул ширинку, поддернул черные сатиновые нарукавники, поправил зеленый защитный козырек на лбу.
— Подожди, пока кончим, — сказал он наконец. — Сам-то не любитель?
— А сколько под тебя играют, Хол?
— Только один.
— Давай и я, — согласился Джо.
— Пятерку в час кладу, — сказал Хол. — Плюс десять процентов с моего выигрыша.
— Ладно, идет. Моя рука — Вильямс, белобрысый такой.
В час ночи Хол и Джо потопали в «Барлов гриль».
— Две грудинки на ребрышках и картошечки жареной, по-французски, — распорядился Хол и спросил у Джо:
— Суп будешь?
— Не, и картошку жареную не буду.
— Меня тоже, — сказал Хол. — А все равно нажираюсь. Моциону мало.
Хол молчал, пока не подали еду. А как только набил рот, так и заговорил.
— Твой-то тут какой интерес? — осведомился он, откусывая кусок грудинки.
— Никакой. Сотню дали — я и взялся. Если столкуемся, двадцать пять твои.
— Доказательства нужны? Бумага какая?
— Бумага — это хорошо, но обойдусь.
