Автор
Долина Салинас-Валли в северной Калифорнии таит в себе древние секреты. Здесь пологие холмы, река Салинас и затаившиеся среди них тайны природы создают неповторимую атмосферу. Помнишь летний звон птиц над лужицами? Игра красок на ветвях осенних деревьев? Эта книга раскроет тебе неизведанные уголки Долины, заряжая тебя новыми эмоциями и воспоминаниями....
Джо хотелось обнять самого себя. Выйдя в коридор, он схватился за локти от переполнявшей его радости. Ему уже начинало казаться, что он сам всю эту штуку подстроил. Он прошел полутемную гостиную — тут и там вспыхивали и угасали негромкие разговоры: час был ранний, вышел на крыльцо и поглядел на косяки звезд, плывущие сквозь гонимые ветром облака.
Джо вспомнил своего вечно ворчащего отца и то, что однажды старик сказал. «Следи, которые суп носят, говорил он. — Ежели дамочка с супом к одному и тому же ходит, значит, добивается чевой-то.
«Суп носит, — повторил про себя Джо. — Я думал, похитрее она». Он еще раз перебрал слова, произнесенные Кейт, припомнил, как она их говорила, чтобы не пропустить чего-нибудь важного. И тут же ему на ум пришло сказанное Элфом: «Вдруг она выпить мне предложит или куличиком угостит…»
3Кейт сидела за бюро. Она слышала, как шумит на дворе ветер в высоком кустарнике, и в беспокойной, ветреной тьме мерещилась ей повсюду неряшливая, расплывчатая, как медуза, Этель.
"Она пошла в серую камору, закрыла за собой дверь и долго сидела там, чувствуя, как снова заныли пальцы и стучит в висках. Она дотронулась до цилиндрика с капсулой, висящего на цепочке на груди, — он был теплый от тела, — потерла им о щеку, и к ней вернулось самообладание. Кейт сполоснула лицо, попудрилась, покрасила губы и взбила волосы. Потом она вышла в коридор и, как обычно, остановилась перед дверью в гостиную и прислушалась.
В уголке справа от двери две девушки болтали с каким-то мужчиной.
— Елена, — сказала она, — мне нужно поговорить с тобой, если ты не занята.
Девушка, светлая блондинка с гладким, словно фарфоровым личиком, последовала за Кейт в ее комнату.
— Что-нибудь случилось, мисс Кейт? — спросила она боязливо.
— Нет, ничего особенного. Сядь. Скажи, ты на похронах Негры была?
— А разве нельзя?
— Не о том речь. Была?
— Да, мэм, была.
— Расскажи, как это было.
— Что рассказать?
— Все, что запомнила. Как это было.
— Как было? — Елена ужасно волновалась. — Ну, страшно, конечно, и… красиво.
— Что значит «страшно» и «красиво»?
— Что значит? Ну… ни цветов, ни молитвы, ничего, а все равно так прилично все, торжественно. Негра лежит себе, гроб черный, из черного дерева, а ручки серебряные, огромные, черт, сроду таких не видела. И от всего этого ты вроде… как бы это сказать… нет, словами не опишешь.
— Ладно, уже описала.
