Автор
Долина Салинас-Валли в северной Калифорнии таит в себе древние секреты. Здесь пологие холмы, река Салинас и затаившиеся среди них тайны природы создают неповторимую атмосферу. Помнишь летний звон птиц над лужицами? Игра красок на ветвях осенних деревьев? Эта книга раскроет тебе неизведанные уголки Долины, заряжая тебя новыми эмоциями и воспоминаниями....
Эй, Китай, не забудь книжку принести!
Ли поставил кофейник на газ и подошел к столу.
— Кейл!
— Чего?
— Сходи к Абре.
2Кейл стоял на ухоженном крыльце и давил на кнопку звонка. Наконец над ним вспыхнул яркий свет, загремел болт и из-за двери высунулась миссис Бейкон.
— Мне нужно видеть Абру, — сказал он.
— Что?! — переспросила миссис Бейкон и раскрыла от изумления рот.
— Мне нужно видеть Абру.
— Нельзя, она уже спит. Уходи.
— Мне нужно видеть ее! — закричал Кейл. — Неужели не понимаете?
— Уходи немедленно или я позову полицию.
Из дома раздался голос мистера Бейкона:
— Что там такое? Кто это?
— Это не к тебе. Иди ложись, ты же болен. Я сама разберусь. — Она обернулась к Кейлу: — Вот что, убирайся-ка с моего крыльца. Если опять вздумаешь трезвонить, я вызову по телефону полицию. Вон отсюда! — Дверь захлопнулась, стукнул болт, свет погас.
Кейл стоял в темноте и улыбался, представляя, как к нему подваливает старый Том Мик и интересуется: «Привет, Кейл! Ты чегой-то тут надумал?»
Из-за двери раздался голос миссис Бейкон:
— Ты, вижу, еще здесь? Немедленно уходи! Чтобы духу твоего не было!
Кейл не торопясь прошел по дорожке к калитке и свернул к дому, но на углу его нагнала Абра.
— Через черный ход выскочила! — объявила она.
— Они же все равно узнают.
— Ну и пусть!
— И ты не боишься?
— Нет.
— Абра, — сказал, помолчав, Кейл. — Я — убийца, из-за меня погиб брат, а отца разбил паралич.
Обеими руками она вцепилась в его руку.
— Ты слышала, что я сказал?
— Конечно, слышала.
— Абра, и мать у меня была проститутка.
— Я знаю, ты говорил. А у меня отец — вор.
— Во мне ее кровь, Абра, неужели ты не понимаешь?
— А во мне его.
Кейл пытался собраться с мыслями, оба молчали. Дул холодный ветер, и они невольно пошли быстрее, чтобы не продрогнуть. Уже остались позади последние уличные фонари, уже кончилась на краю города мостовая и перешла в проселочную дорогу, которую развезло от весенних дождей, а они все шли и шли в беспросветную мглу по скользкой черной грязи, и сырая от росы трава на обочине хлестала им по ногам.
— Куда мы идем? — спросила Абра.
— Мне хочется убежать. Убежать от отцовских глаз. Они все время передо мной. Я их вижу, даже когда сам закрываю глаза. И так будет всегда. Отец умрет, а его глаза все равно будут смотреть на меня и говорить, что я убил брата.
— Ты его не убивал.
— Нет, убил. И его глаза говорят, что убил.
— Зачем ты так говоришь? Куда мы идем?
— Тут уже недалеко.
