Автор
Смешанный меланхоличный тон повествования, где Калина с унынием обсуждает свадьбу и своё поведение в семье, противопоставляется крепкой природой Кабачкового острова. Здесь царит уникальная атмосфера, где каждый куст и дерево напоминает о прошлом поколении. Чем больше вы читаете, тем больше раскрывается сложное виноградное платье, скрывающее неизвестные тайны....
В воображении замелькали картинки: Калина, в красивом платке, с браслетиком и красивой сумочкой с вышивкой, смотрит на себя в зеркало и решает, что простецкая физиономия Светозара портит посиделки на крылечке рядом с красивым фонариком летучей мышью. И всё! Пошел вон, папа Васенька с мамой Сеней поддержат, будут хвалить зятя-аристократа за то, что у него машина не битая и в театре он не смеется, а чинно смотрит медвежий балет. К детенышу Светозара подпускать не будут, может быть, даже и от алиментов откажутся — чтобы не мог потом ни на что претендовать.
— Ты чего хмурый такой? — спросила Калина. — Если хочешь, доешь капусту.
Светозар от капусты отказался, расплатился по счету и повел Калину домой — платками возле входа уже не торговали, обошлось без красоты и лишних трат.
Дома они осмотрели банки и решили, что они достаточно прожарились на солнце. Правда, в них нападали какие-то жуки, но Светозар их вытряхнул, а Калина ловко сложила внутрь кабачки и зелень, залила горячим рассолом и закатала.
На следующий день Светозар отправился на службу, улучил свободный момент и позвонил Анджею. Даже допрашивать не пришлось: тот охотно рассказал, что Сивый — его приятель по училищу, служит в Чернотропе, в Лисогорск наезжает редко.
— Утром умотал к себе. В следующий раз я к нему поеду. Осенью, если получится выбраться до Лесной ярмарки. На ярмарку, наверное, и ваш отряд подтянут — там чуть ли не военное положение вводят.
«Вот, на ярмарке и убьем! — влез волк. — Все подумают, что это террористы.
«Цыц! — велел Светозар. — Осмотримся сначала. Сидеть неохота».
Разговор с Анджеем немного успокоил — исчезла мысль, что прямо сейчас Калина, вышедшая на обед с работы, сталкивается с сивой мордой, знакомится, хвалит его красоту, показывает браслетик и обсуждает фонарик летучую мышь. Острота проблемы снялась, остался тяжелый осадок. В словах волка была звериная правда, но Светозар считал себя цивилизованным оборотнем и не мог убить сивого без веской причины, а лишь за сам факт существования.
Вскоре мысли о красоте вытерлись из головы — случился очередной теракт, отряд перевели на усиленный режим несения службы, Светозар дежурил сутки через сутки и дома только ел и спал, даже на разговоры сил не хватало.
Группу подрывников взяли к выходным. Светозар, не дождавшийся приказа от ушлого майора, проявил инициативу, и — это было удивительно — заработал благодарность в личное дело от командира отряда.
