– Так рассказывать или нет? – Кеннет взволнованно переступал лапками.
– Потом, – отказался Тео, – давай слушать, а то невежливо получится.
Тем временем леди Гортензия уже начала читать, и Теодор заметил, что её слушают очень внимательно, практически затаив дыхание. Взглянув на монархов, он с изумлением понял, что они тоже ни на что не отвлекаются и не отводят взглядов от призрачной писательницы.
Между тем Леопольд, который некромант, посетовав на свою несчастную жизнь и на то, что возлюбленная умерла так рано, предавался размышлениям о том, как она была хороша. И с каждой минутой его воспоминания становились всё ярче, всё подробнее, всё горячее. Когда от описания стройных ножек Леопольд перешёл к воспоминаниям о высокой груди, Тео нахмурился. Бигли ведь обещал, что фрагмент будет скромным и трогательным. Слушатели же, напротив, мечтательно заулыбались — это мужчины, и смущённо покраснели — это дамы.
Леопольд тем временем, видимо, спровоцированный слишком яркими воспоминаниями, отправился в склеп, чтобы вернуть свою возлюбленную.
– А зачем? – шёпотом поинтересовался Тео у Харви, как самого сведущего. – Она же всё равно призрак — и это в лучшем случае. А в худшем — зомби. Оно ему надо?
– Ты не понимаешь, – отмахнулся Харви, слушая про то, как Леопольд, даже не вспомнивший о том, что он некромант, зовёт свою Офелию. – У него страсть!
– А зовёт он её зачем? – не унимался будущий декан факультета некромантии. – Это же бессмысленно! Надо пентаграмму чертить и заклинание призыва читать. Недоученный какой-то некромант...
– Не мешайте, – неожиданно огрызнулся Хасид, – интересно же!
– Действительно, – присоединился к нему его величество Ганелон, – потом обсудите.
Неправильный Леопольд к этому моменту уже успел вызвать дух своей возлюбленной и слиться с ним в страстном поцелуе, явно не планируя этим ограничиваться. Но потом почему-то решил, что окончательно оживить Офелию ему поможет колдун, живущий в пещере дракона. Слушатели замерли в ожидании, но тут леди Гортензия неожиданно закрыла тетрадь и хитро посмотрела на присутствующих.
– А продолжение — в следующий раз, дамы и господа, – великолепным контральто произнесла она. – Запись на чтение первой части, как обычно, — у господина Листримуса.
С этими словами она поклонилась с потрясающим достоинством и уплыла под гром аплодисментов.