В дождливую погоду, словно обреченный на несчастья, домой вернулся герой. Кровавый след старой раны на правом плече предвещал непростое утро. Атмосфера за окном напоминает бесовщину: сырость, холод и постоянный дождь, будто враждебная рука тянется к каждому домику.
Ликвидатор Сидо когда-то смог бы противостоять подобному сопернику, а вот Родион Булатов пока недостаточно развит для этого. Так что не я, а меня захомутает хозяин криминального мира Петербурга. Скорее всего, даже хомутать не будет, а просто уничтожит, ибо конкурент с сильным Даром никому не нужен.
— Деньги где прячешь? — не ответив на предложение, поинтересовался я.
— В сейфе за картиной. Ключ в столе… Но там немного. Я же для всех не банкир, а всего лишь скромный частный консультант по финансовым вопросам.
— Как знать…
Мысль о том, что я пока слишком слаб, снова всплыла в моей голове. Надо исправлять положение. Вырезал на груди беса руну Приобщения. После этого вонзил своего Таракана в неё и, как с профессором Знаменским, стал поглощать энергию Сущности. Очень много для моего теперешнего тела энергии! Да, потом будет серьёзный откат при усвоении чужеродной силы, но хватит жалеть себя.
Тварь рассыпалась вонючим пеплом именно в тот момент, когда я уже решил сам разорвать контакт. Пока ещё не потерял сознание, вскрыл сейф маленьким ключиком. Не глядя, сгрёб всё содержимое в потрёпанный саквояж бывшего Шведа и быстро покинул квартиру.
Домой добирался из последних сил. По лестнице собственной парадной уже не шёл, а полз, страдая от сильнейших болей в каждой клеточке своего организма.
Глава 22
Приходил себя долго и мучительно. Слабо тело Родиона Булатова! Моё прошлое легко впитывало энергию и более крутых Сущностей, а это несколько дней пыталось её отторгнуть, никак не желая усваивать силу беса в большом количестве. Наконец, боль и кошмары отступили.
Доковыляв до ванной, прямо из-под крана напился холодной воды. Потом подставил голову под ледяные струи и через полчаса пришёл в относительно нормальное состояние, восстановив возможность не только двигаться, но и трезво думать. Правда, все мысли в тот момент были лишь о еде. Казалось, после длительного голодания желудок переваривал не только сам себя, но и позвоночник.
Приведя себя в божеский вид, на автомате отправился в «Бригантину».
