В дождливую погоду, словно обреченный на несчастья, домой вернулся герой. Кровавый след старой раны на правом плече предвещал непростое утро. Атмосфера за окном напоминает бесовщину: сырость, холод и постоянный дождь, будто враждебная рука тянется к каждому домику.
Студенты! Перестаньте пялиться на нас тупыми баранами и начинайте обживать помещение! Завтра с утра нам предстоит серьёзная работа! А ты, Булатов, отдельно… Нет. Лучше со всеми, чтобы лишний раз меня не раздражать своей довольной мордой.
Глава 10"
"Несмотря на жар от костра, наша пещерка сильно не прогрелась. Поэтому после утомительных рутиных хозработ, я лёг спать прямо в одежде, а то в этом промозглом склепе даже спальник полностью не спасал. Правда, долго не мог заснуть, внимательно наблюдая, как наши боевики несут караульную службу.
Отключился лишь тогда, когда полностью уверился в том, что парней надёжно страхуют бойцы Кудрявого. Уж эти мужики — тёртые калачи, поэтому расслабиться молодёжи точно не дадут. Понимают, что один уснувший на посту может стать причиной гибели всей группы.
Честно говоря, лучше бы вообще не спал. Ночью снилась какая-то хрень. Будто бы пентаграммы на стенах подземного города наполняются силой и образуют между собой новую, более мощную схему. Потом полезли твари, а у меня всё оружие даёт осечку, и Таракан не хочет из ножен вытаскиваться.
Так что проснулся я в прескверном расположении духа. И дело даже не в кошмарном сне, а в том, что в нём была заложена какая-то информация. В прошлой жизни со мной такое бывало. Накопленные за день картинки, которые заметил, но осознать их смысл не смог, вдруг во сне выстраивались в полноценный образ, раскрывая свою суть.
Погано то, что, проснувшись, смысл сна у меня частенько улетучивался, всплывая на поверхность разума лишь тогда, когда особо и не нужен.
От размышлений, что я такого важного упустил вчера, отвлекла утренняя суета и завтрак. Поели сытненько, так как Кудрявый перед отправкой дал нам не только ценное наставление типа не лезть во всякую задницу без спроса, но и выделил провианта на два дня.
— Ну, раз все готовы к своему первому полевому выходу, — громогласно провозгласил Знаменский, — то не будем его откладывать до лучших времён.
