Я же… я забыла все, что мы отрабатывали с Саймоном, все, что казалось таким простым на полигоне. Так и стояла, глядя на черную тень, становящуюся все темнее и материальнее. Тонкое тело утолщалось и уменьшалось, все сильнее походя на обычную человеческую фигуру.
Надо было что-то делать, бежать, сражаться - что угодно, только не стоять столбом. Но я, как завороженная, смотрела на потустороннюю тварь, а она была не просто рядом, она тянулась ко мне. В меня. Тьма заползала в щели ментальных щитов. Экранирование? Его темная сущность и не заметила. Но холода не было, наоборот, по телу разлилось приятное тепло. Будто теплая вода в ванне, ласкающая и очищающая тело.
- Элиза, - раздался тихий ласковый голос.
Я моргнула. Передо мной стояла бабушка, такая же, как и в тот, последний, день. Даже фартук, который она в спешке забыла снять. Светлые, чуть тронутые сединой волосы, лучистые морщинки, разбегающиеся от глаз, родная улыбка с ямочками на щеках.
- Девочка моя, как ты выросла.
Я умом понимала, что это невозможно. Что передо мной не бабушка. Что это мираж, фантом, морок, созданный в моей голове. Понимала. Но она была так близко и так улыбалась.
- Ты нас так напугала в тот день, - мягкая рука, совсем как в моих воспоминаниях, коснулась лица.
- Ты мертва. Мертва. Тебя нет, - я всеми силами пыталась прогнать наваждение. Но сил моих явно недоставало.
- Я с тобой, малышка, - бабушка улыбалась. Нет, не бабушка! Я закрыла глаза, но и это не спасло. - Отдай мне гримуар, Элиза, передай его и его силу. Тебе еще рано пользоваться такими вещами. Ты и тогда взяла книгу без спроса.
- Нет, - даже не знаю, как получилось отказаться. Сама я вот-вот готова была всучить тому, что стояло рядом, книгу.
- Отдай, Элиза, - шепот, теперь совсем не похожий на голос бабушки. Но еще более завораживающий, окутывающий теплым пледом в холодную погоду. - Тебя обижали, ты была слишком слаба, чтобы дать отпор, и ты позвала меня. Я пришел.
- Я стала сильнее, - а книга все больше оттягивала руки, становилась неподъемной, тяжелейшей ношей.
- Ты так думаешь? - то ли насмешка, то ли сочувствие. Умеет ли оно сочувствовать? - Ты выросла, но не способна защитить тех, кто тебе дорог. Твои родители приговорены к смертной казни. Ты сама обречена на жалкую жизнь без талантов и способностей. Но мы можем изменить это. Вместе. Ты же вызвала меня именно за этим.
Я не выдержала давления и опустилась на пол, открыла тяжелые веки, вырываясь из сладкой дремы, голос убаюкивал, утешал, успокаивал, дарил надежду."
"- Давай же, Элиза, решайся, - сознание плыло. Темный силуэт больше не пугал. Напротив, он сделался по-своему прекрасен. Плавные текучие линии тела завораживали. Или что-то происходит со мной? Красота в глазах смотрящего, так ведь говорят. - Они хотят уничтожить меня.