Всех недоброжелателей, а также тех, кто, возможно, без злого умысла причинит тебе ущерб, ты вовремя «вскрыть» не сумеешь, как бы кропотливо не искала. Однако…!
Она подняла вверх указательный палец.
— Если дашь себе труд по-настоящему изучить «разлинованный лист», на котором мы все «играем», хотя это дело не одного дня, то только тогда ты сумеешь предвидеть опасности в каждой из возможных «точек». И чем лучше будешь знать «лист», и чем светлее будет твоя голова, тем меньше оставишь шансов для других застать тебя врасплох. И тебе будет по силам составить оптимальный «путь» и уверенно идти по нему к цели. И по большому счету не так уж важно с кем конкретно тебе в итоге придется пересечься в отдельных его «точках», ведь ты, перестав питать иллюзии и отбросив пустые надежды, станешь воспринимать ситуацию объективно, как она есть. Более того! Если, по-твоему, встреча с кем-то известным тебе станет неизбежной, ты в большинстве случаев сумеешь сама выбрать наиболее подходящую для этого «точку».
«Женя — играющая в игру»…
— Подобное звучит чрезмерно сложно, мам. И такая жизнь… — я сглотнул от неприятных воспоминаний.
Воспоминаний о том, как еженощно, рефлекторно крепко сжав кулаки и челюсти, я не мог заснуть по несколько часов из-за терзавшего меня страха и переживаний. Как чудились мне шаги за дверью. Подобного опыта я не желаю повторять!
— Нет, это вовсе не означает жизни в вечном страхе и поиска привидений под кроватью. — матушка прочла мои мысли. — Это «игра», Кайа. «Игра», длиною в целую жизнь. Причем «игра» такая, что твоего согласия на участие в ней никто спрашивать не станет. И я вижу у тебя все задатки к тому, чтобы со временем ты стала гроссмейстером нашего «разлинованного листа». А теперь, милая моя, расскажи-ка мне, как ты узнала о…
Она многозначительно погладила себя по округлому животу.
— Я… — начал было я, поглядев в окно, и осекся. — Что это еще за ерунда⁈
Судя по навигационным огням — дирижабль.