Патрик Гийар и Оливье Пассан, воспитанные в одном приюте, оказываются в центре мрачной истории. Подозрения падают на Гийара, но Оливье сталкивается с жуткими событиями в своем доме. Убийца подбирается к близким людям, создавая напряженную интригу.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Кайкен» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Патрик Гийар и Оливье Пассан, воспитанные в одном приюте, оказываются в центре мрачной истории. Подозрения падают на Гийара, но Оливье сталкивается с жуткими событиями в своем доме. Убийца подбирается к близким людям, создавая напряженную интригу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Жан-Кристоф Гранже Легкое чтение Детективы Триллеры подборки серии
Патрик Гийар и Оливье Пассан, воспитанные в одном приюте, оказываются в центре мрачной истории. Подозрения падают на Гийара, но Оливье сталкивается с жуткими событиями в своем доме. Убийца подбирается к близким людям, создавая напряженную интригу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Пассан задумался. Смерть отца вполне могла заставить дочь слететь с катушек. Или спровоцировать обострение психического заболевания, если оно в ней дремало.
— Когда были похороны?
— По-моему, в феврале.
— По-твоему или в феврале?
Все сходилось. Осиротев, Аюми Ямада вспомнила, что у нее есть и другая семья — дети, которых она выносила и родила на свет. В Париж она прилетела в конце марта.
— От чего умер отец Аюми? — спросил Пассан и снова зашагал вперед.
Сигэру пробормотал нечто нечленораздельное. В неясном свете фонарей черты его лица расплывались, а взгляд казался отсутствующим. На губах играла рассеянная улыбка. Да он вдрызг пьян!
— От чего он умер? — настойчиво повторил Пассан.
— Самоубийство, — чуть громче произнес собеседник.
У сыщика возникло ощущение, что он следует по дороге, отмеченной особыми вехами. Сначала кэндзюцу, затем самоубийство. Как будто неповоротливый механизм японских традиций медленно просыпался и вовлекал его в свою орбиту.
— Как именно он покончил с собой?
— Расследование проводилось?
— Полагаю, да. Но безрезультатно.
Сигэру на глазах терял контроль над собой. Пассан, напротив, с каждой минутой все увереннее встраивался в привычный рабочий ритм и обретал остроту восприятия. Мысленно он реконструировал последовательность событий. Самоубийство отца. Одиночество. Немая женщина написала Наоко. Та не ответила. Тоска Аюми переросла в гнев, а затем в убийственную ярость.
— Кем сегодня работает Аюми?
— Она гинеколог, как и ее отец.
Стоп-стоп. Не так быстро. После долгих блужданий в абсолютном мраке Пассан вдруг утонул в море слепящих огней. Так вот оно что. Аюми была не просто подругой детства — именно она и провернула всю эту затею. Наверное, Наоко, узнав, чем занимается ее близкая знакомая, обратилась к ней за помощью. Хотя нет, кое-что здесь не складывалось.
— Как она может работать гинекологом, если она немая?
Сигэру провел рукой по своей пышной седеющей шевелюре — много перца и чуть-чуть соли.
— Она не принимает пациенток. Занимается научными исследованиями.
Чего уж лучше. Значит, у Аюми полно связей в профессиональном мире, в международном экспертном сообществе. Она все организовала — сперва один раз, потом еще. Дала возможность Наоко — и ему самому — завести детей. А что она получила взамен за свои труды? Ничего. Наоко сожгла за собой все мосты. Пассана удивило, что она могла совершить столь грубую ошибку. В Японии нет худшего прегрешения, чем неблагодарность.
Мелкий дождь сыпал и сыпал. Они передвигались в каком-то тумане. Городской пейзаж вокруг напоминал полотна пуантилистов — лужи света у основания фонарных столбов. Вершины сосен и гинкго, шелестящие под ветром, иероглифы на асфальте.
