Патрик Гийар и Оливье Пассан, воспитанные в одном приюте, оказываются в центре мрачной истории. Подозрения падают на Гийара, но Оливье сталкивается с жуткими событиями в своем доме. Убийца подбирается к близким людям, создавая напряженную интригу.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Кайкен» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Патрик Гийар и Оливье Пассан, воспитанные в одном приюте, оказываются в центре мрачной истории. Подозрения падают на Гийара, но Оливье сталкивается с жуткими событиями в своем доме. Убийца подбирается к близким людям, создавая напряженную интригу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Жан-Кристоф Гранже Легкое чтение Детективы Триллеры подборки серии
Патрик Гийар и Оливье Пассан, воспитанные в одном приюте, оказываются в центре мрачной истории. Подозрения падают на Гийара, но Оливье сталкивается с жуткими событиями в своем доме. Убийца подбирается к близким людям, создавая напряженную интригу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И число таких комбинаций бесконечно.
Внезапно потемнело. Все или почти все огни угасли как по мановению волшебной палочки. Они въезжали в совершенно иной район. Улицы сузились, потухли витрины. Вместо неоновой роскоши — мрачные столбы электропередач с вытянутыми во все стороны проводами.
— Сугамо, — прокомментировал Сигэру.
Пассан успел привыкнуть к подобным контрастам. Токио существует как бы в двух плоскостях, каждая из которых движется в пространстве с собственной скоростью. С одной стороны, протяженные артерии дорог, бетонные мосты и людское море. С другой — тесные кварталы, темные переулки, слепые фасады. Сугамо относился к их числу. Пассан слышал, что он пользуется репутацией «стариковского», вернее, «старушечьего»: именно здесь предпочитали селиться миллионы пенсионеров.
— Дальше пойдем пешком.
Сигэру сделал попытку рассчитаться с водителем, но Пассан ее решительно пресек. Заплатил сам, позволив спутнику выбрать из пачки купюр подходящие, — Оливье-сан по-прежнему ощущал себя маленьким мальчиком, заблудившимся в огромном городе.
Они углубились в лабиринт узких улочек. По пути им встретились несколько женщин в кимоно и группка подростков с выкрашенными в «цвет чая» волосами. Они миновали два или три храма, стоящих в окружении сосен и осин. Город здесь словно затаил дыхание: никаких машин, никакой толпы пешеходов, никакого шума. Деревянные дома с коричневыми или зелеными стенами. Этот район по-прежнему жил в период Эдо и любому туристу из Западной Европы представлялся потерянным раем. Во всяком случае, именно такое чувство испытывал Пассан, молча следуя за своим провожатым. Ему даже показалось, что они в Ёсиваре — бывшем веселом квартале. На миг мелькнуло ощущение, что его несут в паланкине, — очевидно, от того, что немного закружилась голова.
Они прошли под плотным сплетением проводов, напоминавшим просеку в лесу, и скользнули в совсем уже темный переулок, застроенный двухэтажными домишками. Уличные фонари исчезли, вместо них появились бумажные фонарики. На дверях, как всегда летом, висели колокольчики — «для прохлады». Их перезвон под назойливым дождем напоминал саркастический смех.
Сигэру уже стучался в традиционный японский дом, фасад которого представлял собой седзи — раздвижную дверь из квадратиков рисовой бумаги.
— Уэда Такэси уже не очень молод… — с извиняющейся улыбкой проговорил японец, обернувшись через плечо.
В тот же миг на пороге возник низенький старичок в грубом свитере и полотняных брюках. Засмеявшись, он пригласил их в переднюю, разделенную тонкими деревянными перегородками. Он уже не смеялся, а хохотал, издавая горлом протяжные звуки, хлопал себя по ляжкам и тряс головой.
— Садовник, — вполголоса объяснил Сигэру.
