Патрик Гийар и Оливье Пассан, воспитанные в одном приюте, оказываются в центре мрачной истории. Подозрения падают на Гийара, но Оливье сталкивается с жуткими событиями в своем доме. Убийца подбирается к близким людям, создавая напряженную интригу.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Кайкен» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Патрик Гийар и Оливье Пассан, воспитанные в одном приюте, оказываются в центре мрачной истории. Подозрения падают на Гийара, но Оливье сталкивается с жуткими событиями в своем доме. Убийца подбирается к близким людям, создавая напряженную интригу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Жан-Кристоф Гранже Легкое чтение Детективы Триллеры подборки серии
Патрик Гийар и Оливье Пассан, воспитанные в одном приюте, оказываются в центре мрачной истории. Подозрения падают на Гийара, но Оливье сталкивается с жуткими событиями в своем доме. Убийца подбирается к близким людям, создавая напряженную интригу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
С Управлением собственной безопасности все прошло достаточно гладко. Эти ребята были настроены миролюбиво и предупредили, что сейчас всего лишь предварительная встреча. Он еще подумал, а не расчищают ли они площадку для его профессионального сэппуку…
Самоубийство. Основа японской культуры, наваждение Пассана и вечная причина стычек с Наоко.
Она не желала признавать, что добровольная смерть лежит в центре ее собственной культуры, и резонно утверждала, что количество самоубийств в Японии не выше, чем в других странах. В ответ он перечислял знаменитых японцев, которые сами свели счеты с жизнью. Писатели: Китамура Тококу, Акутагава Рюноскэ, Осаму Дадзай… Генералы: Марезуке Ноги, Анами Коречика, Сугияма Хадзимэ… Заговорщики: Юи Сёсэцу, Асахи Хэйго… Воины: Минамото-но Ёримаса, Асано Наганори (и его сорок семь самураев), Сайго Такамори… Не говоря уже о камикадзе, таранивших своими самолетами американские крейсеры, и о влюбленных, которые бросались со скал Тодзинбо, лишь бы не видеть, как угасает страсть. В свете гибели их собственной любви эта идея звучала особенно убедительно.
Пассан преклонялся перед этими людьми, не боявшимися смерти. Теми, для кого долг и честь — все, а унылые маленькие радости обывателей — ничто. Наоко не выносила этого нездорового восхищения, считая его еще одним способом заклеймить ее народ. Старая песня о трагической культуре, колеблющейся между сексуальной извращенностью и добровольной смертью, бесившие ее стереотипы.
Оливье перестал с ней спорить, предпочитая оттачивать собственную теорию. Для японца жизнь подобна куску шелка, и важна не длина куска, а его качество. Неважно, когда ты умрешь: в двадцать, тридцать или семьдесят лет, лишь бы на твоей жизни не осталось ни пятна, ни щербинки. Когда японец кончает с собой, он не смотрит вперед (по-настоящему он не верит в загробную жизнь), а оглядывается назад. Свою судьбу он оценивает в свете чего-то высшего — сёгуна, императора, семьи, фирмы… Эта подчиненность, это чувство чести — основа ткани. На ней не должно быть ни изъяна, ни грязи.
Полицейский выключил электрический чайник и поставил рядом с заварочным. Сам он всегда жил именно так. Заглядывал вперед лишь затем, чтобы представить свой надгробный камень. Оставит ли он после себя память об образцовой жизни? Будет ли его кусок ткани безупречно чистым?
Но после всех уловок, лжи и подлости, до которых приходилось опускаться, чтобы просто применять закон, этому уже не бывать. Зато в том, что касается отваги и чести, ему стыдиться нечего. В спецназе Пассану довелось побывать под огнем, применять оружие, убивать.
