Воровка древних артефактов успешно очаровала стража и украла то, что нужно. Но теплота его объятий и искренность взгляда оставили глубокую рану в её сердце. Теперь ей предстоит выбор: продолжить опасную игру или признаться в чувствах, рискуя всем, что она построила.
Она засуетилась, а я с чувством выполненного долга закинула в рот еще одну пригоршню цукатов и важно произнесла:
— Аоый аить еаюиа э айо!
— Что? — замерла Светка, так и не донеся до меня мазь.
— Рожденный ходить, говорю, летающего не поймет! — для некоторых повторила я.
— Ах ты, зараза пернатая! — мне на спину с неприятным «плюх» шлепнулась мазь. О ласке и заботе речь не шла. Светка стала втирать состав, вкладывая в каждое движение все свое возмущение. — Мало того, что у сестры магическое горе! По меркам нового мира — болезнь! Так она еще и издевается! Хрюшка, а не сестра! Думаешь, я не знаю, перед кем ты там выеживалась? Прекрасно знаю — перед мужиком белобрысым! Запала на него, вот и вела себя, как ненормальная! Я твой плотоядный взгляд еще по Стасу помню!"
"Мне оставалось терпеть, кряхтеть и отрицательно мычать. Хотя, было немного обидно, что Светка меня так быстро раскусила. А ведь я даже себе не могла признаться в том, что этот страж с серыми глазами мне очень нравится, несмотря на то, что бесит. Эх, жаль поцелуй не помню! Наверное, было классно…
— Ну все, болезная, хватит с тебя! — сестра перестала терзать мою многострадальную спину. — Можешь продолжать свой завтрак, только дай сначала обещание, что все свои чувства и влажные девичьи грезы будешь оставлять на земле!
— Ты не представляешь, какая у него задница! — внезапно даже для самой себя выдохнула я, чем окончательно выдала себя с потрохами.
— Задница, как задница, — пожала плечами Светка. — Обычная.
— Ты так говоришь, потому что не видела его обнаженного торса…
Упс…
Леди Слана Мидр развернулась ко мне и прищурилась. О, да, сейчас это была не сеструха, а кто-то яростный, могущественный и аристократический немножко.
— А когда это ты, Женечка, успела его торс разглядеть? Да еще и обнаженный?! — ласково, почти нежно спросила она.
Но меня этим не обманешь, не проведешь. Именно поэтому вопрос поставил в тупик. Но врать Светке — последнее дело, пришлось признаваться.
— Тренировку его видела. Перед полетом.
Сестра замолчала, присев на краешек стула, а я снова отпила чай. В горле что-то пересохло.
— Значит так, — наконец, сказала она. — Ты доедай и отдыхать до обеда, а я этому тренеру пару ласковых скажу!
Сестра поднялась.
— Света… — мне хотелось ее остановить, потому что стыдно очень, да и тренировка у Лесара была что надо, со всех точек зрения, но локомотив уже разогнался.
