В Нижнем Новгороде разгорается настоящий бой на трассе, где полицейский капитан и его подчинённые выжимают максимум из автомобилей. Вдруг кажется, что мир перевернулся — радио вдруг громко проклинает всех предателей. А вокруг всё становится мрачнее...
— Согласен! — Гордый схватил рацию. — Приём! Все срочно в мой кабинет!
Ответом ему была тишина.
Чёрт!
Командир «Альфы» переключил частоту.
— Гордый Толстому!
И снова тишина.
Какого хрена? Он же не был в озере, значит, не должен был отрубиться.
— Гордый Толстому! Отвечай, мля!
Тишина.
Волна очень нехорошего предчувствия вдруг накрыла командира, и он вскочил.
— Змей, на рации. Кто будет просыпаться, пусть готовятся к срочной эвакуации.
Отдав распоряжение, Гордый выскочил из кабинета и помчался по широким коридорам дворца.
— Готовимся к эвакуации! — на ходу кричал командир и продолжал бег.
Наконец он достиг массивной двери и плечом распахнул её.
— Что случилось? — прохрипел сидящий в кресле лейтенант Евгений Ломовой, или попросту Лом.
Запашный тоже был здесь и жадно глотал воду прямо из графина.
— Эвакуация! Где Гриня, Ёж и Холост?
— Холост в восточном крыле дежурил, а остальные в зале отдыха вроде были.
— Холост Гордому, — вдруг зашипела рация. — Что за хрень творится?
— Готовься к эвакуации! — быстро ответил командир. — Вас тоже касается!
Он отключил рацию и, выскочив за дверь, понёсся в сторону зала отдыха.
Поворот, лестница, поворот и… Тело, лежащее на дорогущем паркете в луже крови.
— Сука, — прорычал Гордый и резко перевернул погибшего.
Ренат. Но у него сферы не было.
Гордый рванул дальше по коридору и через десять метров наткнулся на ещё одно тело. А потом ещё на одно, и так они привели в зал отдыха и к Грине.
Лейтенант лежал на спине рядом с большим диваном, а за диваном, неестественно вывернув ногу, замер Ёж. У обоих так же, как у всех остальных, кого успел найти командир «Альфы», обнаружились колотые раны точно под подбородком.
Но самое страшное было не в этом. У Грини и Ежа были сферы, и они обе пропали.
Гордый резко поднял голову и увидел за вторыми выходящими из зала распахнутыми дверями ещё один труп, и тот коридор вёл в ангар.
— Твою мать!
Командир снова рванул вперёд, а потом вниз по лестнице до подвала и дальше по коридору в ангар.
Двери с грохотом распахнулись.
— Гордый! — увидев его, закричал Калина. — Пятерых наших зарезали, и самая лучшая тарелка пропала!
— Сволочь! — Командир со всей дури лупанул кулаком по стене, но, как оказалось, Толстой украл не только сферы и тарелку.
— Змей Гордому!
— Что ещё⁈
— Тут это… Жена и дочери Орлова пропали.
