— И ты чего загораешь, что ли?»
Реально, лиса уселась на поленнице и, подняв мордочку кверху, зажмурила глаза.
— Мне тоже нужна энергия, — ответила Акаи. — И чем брать её у кристалла, я лучше возьму у солнца… А что до кухни: примерно двадцать пять одиноких мужиков скидываются и платят пяти женщинам за то, что те им готовят.
Вот оно как. Всего в моей деревне живёт сто тридцать человек. Из них по понятным причинам три четверти мужики-сталкеры-охотники и, естественно, в основном одинокие.
В свете этого тема с кухней — отличный пример оптимизации для экономии времени, но на самом деле недостаточный.
В идеале сделать так, чтобы все жители питались в одной большой столовой. Или в нескольких. Тем более в будущем, когда зачистят (или я зачищу) старый Воронеж и построят новый (или я построю), через Савино, по идее, может пройти основная магистраль. Вернее, надо сделать всё, чтобы она здесь прошла.
— Вы о чём думаете, дяденька? — прервала мои размышления девочка.
— О том, как хорошо скоро будет в нашей деревне, — ответил я и от общих размышлений, в которые при первой же возможности нырял мой мозг, вернулся к текущей проблеме.
Итак, интересы девочки весьма ограничены, она любит собирать ягоды и считать. Надо будет всем местным сказать, пусть попробуют привлечь её к сортировке или чему-то подобному. Так же надо делать кухню-столовую с соблюдением техник безопасности, где восьмилетнему ребёнку будет не так страшно находиться, и она сможет помогать.
Ну а пока у меня есть для неё дело. Ведь те осколки белых кристаллов, что я вчера принёс, можно использовать, и в этом мире об этом тоже ещё не знают.
— Хочешь мне помочь? — улыбнулся я. — Надо будет из красивых стекляшек кое-что собрать. Если поможешь, угощу тебя кое-чем вкусным.
— Хочу!!! — радостно завопила девочка.
— Это называется эксплуатация детского труда! — хихикнула Акаи.
Не без того. Но, как известно, труд облагораживает человека. Я взял девочку за руку, и мы вышли за калитку.
Жители удивлённо смотрели на нашу странную процессию: барон с девочкой и сзади два бойца с автоматами на плечах и мечами на поясах.
Впрочем, изменение отношения было заметно невооружённым глазом: угрюмых лиц не осталось, и удивление тут же сменялось улыбками и приветственными криками. Слухи по деревне распространялись со скоростью ветра, и дела, подкреплённые пропагандой, быстро поднимали мою репутацию.
