В темноте я молча шла по проселочной дороге, ожидая момента падения в бездну заблуждений и страстей. Шумы ада раздавались с каждым шагом — рык, стоны и тихие крики проникали сквозь запотевшие очаги мыслей. В комнате надвигалась неизведанная гряда: треск старого дивана и тихий стук сердца подтверждали, что мое пробуждение сопровождалось неприятным приключением....
И никто ничему не разучился. И на нервной почве только стоны получались громче. И слов — эротического и прочего нежного характера — мы наговорили друг другу немало. И два часа пролетели как-то незаметно. И одевались мы спешно и под лязг дверного замка.
***— Антонина Петровна, ну хоть вы на нее повлияйте! — Ярослав смотрел на тетю как на оплот последней надежды.
— Ой, сынок, если она чего вбила в свою упрямую красную голову… — вздохнула тетя. И Ярослав снова обернулся ко мне.
— Я тебя свяжу и силком увезу!
— Ну пожалуйста, — я не хотела спорить.
— Вот далась тебе эта капуста… — простонал Ярослав.
— Ну я очень хочу, ну пожалуйста… — я наглаживала руку в клетчатой фланели и чувствовала странную уверенность, что будет по-моему. Тетя, сидевшая напротив, улыбнулась и покачала головой.
— Я тебе этой капусты куплю ведро! — Ярослав еще спорил, но исключительно из-за своего упрямства.
— Я не хочу покупную. Я хочу сама насолить. Я тете обещала.
— Антонина Петровна! — взвыл Ярослав. Но тетка лишь развела руки.
— Ну пожалуйста… — я обняла Ярку за шею. И он сдался. Но тут же начал выдвигать условия капитуляции.
— Чтобы телефон всегда был под рукой и трубку брала сразу.
— Хорошо.
— И одевайся тепло.
— Хорошо.
— И чтобы тяжелого не поднимала!
— Хорошо.
— А если что не так — сразу звони!
— Хорошо.
— А ну тебя, — махнул рукой Яр, а потом обнял.
**Ярослав уехал. А я осталась. Сажать в зиму лук и чеснок, обрезать малину, белить яблоньку и солить капусту.
К концу огородных работ я уже эту капусту видеть не могла. И сто раз пожалела, что не уехала с Ярославом. А этот ирод каждый вечер баловал меня фото дошираков, бутербродов и прочей гадости, сопровождая душераздирающими комментариями: «Так борща хочется» и «Что-то желудок побаливает».
Вернулся Ярослав внезапно и без предупреждения. Увидев в окно подъезжающий белый «ровер», я натурально взвизгнула и помчалась на крыльцо.
