Хищник, питающийся за счет Кэла.
И меньше всего сейчас Джемме нужны его оленьи глаза и дрожащие губы; больше всего сейчас Джемме необходимо собственное здравомыслие.
Впереди раздался шорох.
Блайт вздрогнул – сильно, так, будто его скрутила судорога. Он был плотно прижат к Джемме, она чувствовала практически каждое движение мышц… И видела этот взгляд.
Парень боялся. Тень самой настоящей паники преобразила его лицо.
Лес вокруг ожил, внезапно напоминая о том, что он все еще здесь, опасный и выжидающий: тени будто потемнели, цепкие искривленные ветви нависали слишком низко и слишком близко, хватались за одежду, за руки и за лицо, мешали свету фонаря. Джемме на секунду показалось, что она слышит тихий, мерзкий смех, прячущийся за шорохом листвы под ногами.
Липкий страх пробрался за шиворот, поднимая волоски на загривке.
Что-то хрустнуло еще раз, уже ближе. Блайт подался назад, и Джемма поняла: с ним на руках она ничего быстро сделать не сможет.
Стараясь не шуметь, Джемма опустила Блайта у ближайшего высокого корня, не отрывая взгляда от деревьев впереди. Шепнув ему «не двигайся», хотела было шагнуть вперед, но не смогла: чужие пальцы впились в куртку. Пришлось опустить глаза.
Блайт ничего не говорил и не смотрел на Джемму. Он просто…
Даже шага здесь достаточно, чтобы снова остаться одному.
Джемма молча выдернула рукав: она понимала этот страх, но, в отличие от Блайта, на этот раз поддаваться ему не собиралась.
Палец уверенно лег на спусковой крючок.
Впереди шуршала листва, что-то пряталось, что-то ожидало, – а значит, у Джеммы не было выбора.
Пора было разделаться с тварью, чем бы она ни была.
С этими мыслями Джемма подняла пистолет обеими руками – и двинулась вперед. Шаг. Еще один. Как тогда: просто двигай ногами. Иди и пристрели эту хрень, понятно?
И, слушаясь саму себя, Джемма сделала еще один шаг вперед.
А затем ее лицо сгорело.
– Ты это слышал? – Кэл вскинул голову."
"Краем глаза он заметил, что Доу дернулся, убирая руку от края очередной палатки. И раздраженно спросил:
– Что?
Кэл поднялся с колена и стремительно направился мимо кострища и палаток куда-то к правой части лагеря, на ходу бросая:
– Пошли. Кто-то кричал.
Это заставило Доу растерять всю свою раздражительность: он быстро нагнал его, сосредоточенный и тихий. Сумрачная кромка деревьев оставалась немой, но на этот раз Кэла вели отдаленные звуки, далеко разносящиеся в ночи. Тишина теперь играла на руку: обычно в лесах было трудно ориентироваться по звуку, потому что беспрестанно стрекотали насекомые, шуршали заросли и ухали птицы, но в этом пустынном месте ничего не отвлекало от источника звука.
– Туда, – неожиданно указал фонарем Доу западнее, когда они забрались на холм. – Там кто-то есть.