Автор
В сценарии тревожной и мрачной Ирландии, где ночи полны звонкими голосами и ужасными криками, девочка становится свидетелем странностей, что вызывают у нее подозрения. Ночное отражение в зеркале, детский смех в коридоре и неуловимые тени за углом — все это указывает на что-то невидимое и опасное. Страх с каждым днем становится более мучительным, пока девочка не решает призвать экзорциста из номера 978 для того, чтобы разобраться в этой загадке....
Стоя в своем хипстерском охровом пальто и зябко придерживая воротник рукой, он помахал им сквозь туманную дымку, укрывающую городок. На улице Норман был совсем один, и на мгновение Джемме стало тревожно, словно, если она моргнет, он растворится в здешнем тумане. Но в следующую секунду из-за поворота показалась бодрая парочка европейских пенсионеров, и глупая тревога отступила так же быстро, как и пришла.
– Агент Махелона, – продолжая смотреть на Нормана, сказала Джемма. – Ваш отчет?
Честное слово, обычно она сама на дух не переносила такую дотошность.
Кэл бодро отрапортовал:
– Главная улица, мост, река, периметр. Расслабься, было уже светло, а бабули тут рано встают. – Лучась дружелюбием, он улыбнулся проходящей мимо паре. – В общем, обежал я этот городок. Даже на кладбище местное полез, бегу весь такой загадочный, подозрительный, хватай не хочу… Ничего.
Этот захватывающий рассказ о том, как на храброго солдатика смерти Кэла Махелона не напало ни одно чудище и как он таким их поведением разочарован, слушал и дождавшийся их Норман, и теперь они двигались по улице примерно в ногу. Из кармана у него робко выглядывала антенна параноскопа.
– Все равно, ты не должен был… Если мы на пост Гарды, нам туда. – Норман отвлекся, чтобы указать в направлении уходящей по косой улочки, а затем вернулся к нотации: – По крайней мере, разбудил бы меня, а не сообщение в чат скинул, ну ей-богу, твои выходки…
Улочка уводила от центра Кэрсинора, ведя их по старым стоптанным булыжникам в ту часть городка, которая находилась между рекой и заливом. Здесь было по провинциальному тихо, возможно, даже мило, но Джемме, выросшей в шумных кварталах Чикаго, такая тишина действовала на нервы.
Что из окон поезда, что из трясущегося окна автобуса, на всем пути сюда им открывался один и тот же пейзаж: бесконечные долины и невысокие холмы, покрытые жухлой в этой время года травой.
