Пожилая женщина шепелявым голосом говорит о своих планах создать семью, хотя ее тело напичкано шрамами. Старшая дочь Аня прибегает со своим зайцем и нитками, отвлекая мать от этих мыслей. Мама решительно отказывается просить у соседки помощи, видя в этом оскорблением своей самостоятельности....
Они отламывали от большого белого батона по кусочку и кидали уткам, но при этом словно сами не понимали, зачем это делают, и периодически оглядывались.
Петя заметил, как младшая большую часть хлеба пихает себе в рот.
— Пойдемте развлечемся? – неожиданно предложил Данил. — Петя с нами, посмотрим, как их будет от его темной ауры колбасить?
— Мы ж в магаз хотели… — протянул неуверенно Петр. Это парням истерящие ни с того, ни с сего людишки в новинку, а он уже давно насмотрелся.
Никита своей огромной ручищей толкнул его в спину, и их компания свернула к берегу реки.
— Иди поздоровайся, — хохотнули парни, выставляя Петю вперед.
Ничего не оставалось, кроме как подойти и, почесав в затылке, сказать неловкое:
— Привет. Вы че тут делаете? — пробурчал он, стараясь не смотреть им в глаза.
Девочки переглянулись.
— Папу ждем, — после недолгой заминки ответила старшая. Она задвинула сестру себе за спину, с заметным опасением смотря на компанию.
Петя оглянулся на друзей, те стояли в нескольких шагах позади него и ждали шоу.
— А вы откуда? — продолжил Петя.
— Из того дом… — попыталась было ответь мелкая, показывая из-за спины сестры куда-то в сторону новостроек, но та ее одернула.
Парни сзади оживились, предполагая, что «началось».
— Вам какая разница. Сами-то откуда? — вместо этого спросила старшая.
— С интерната. — Разговор Пете казался глупым.
Он облизнулся, пытаясь попробовать воздух на вкус и уловить настроение человеческих детей.
— Хочешь? — В этот момент мелкая все же вырвалась от сестры и протянула Пете кусок батона. — Он свежий. Ма… па... па сказал уток им покормить, но мне кажется, ты тоже кушать хочешь.
Парни позади него заржали во весь голос. Что ж, кажется, свое «шоу» высшие так или иначе получили.
Петя почувствовал, как лицо заливается краской.
— Ты че, мелкая, совсем? Сама себе свою булку засунь… — грубо начал он, делая шаг назад. Ну и унижение.
— Надя! — Сестра дернула ту за руку. — Пошли отсюда.
— Но ведь надо тут ждать… — попыталась возразить мелочь.
— Испугались? — Даниил вышел вперед, видимо, надоело ждать, пока девки выйдут из себя. Да и вообще, они были какие-то неправильные. Слишком спокойные.
