Пожилая женщина шепелявым голосом говорит о своих планах создать семью, хотя ее тело напичкано шрамами. Старшая дочь Аня прибегает со своим зайцем и нитками, отвлекая мать от этих мыслей. Мама решительно отказывается просить у соседки помощи, видя в этом оскорблением своей самостоятельности....
— А с чего нам вас бояться? — Старшая гордо вскинула голову, смотря на Даниила сверху вниз.
— Ну как же, про интернат много слухов ходит.
— А ты откуда знаешь про слухи? Сам их, что ли, распространяешь? Надь, ты что-нибудь про интернат слышала? — Она повернулась к сестре, и та отрицательно мотнула головой. — Вот и я нет.
— Странные вы. Не знаете, с кем связались, а уже хамите.
— Да где мы тебе хамили-то?
— Парни? — Даня обернулся на своих друзей.
— Да вообще! Борзые! — тут же принялись поддакивать те.
Даниил расплылся в самодовольной улыбке.
— О, а вот и… папа… — прошептала мелочь, глядя, как какой-то белобрысый мужик идет в их сторону. Неподалеку стояла белая ржавая машина.
У Пети, как и у всех болотников, была хорошая память. С плохой памятью на болоте вмиг заплутаешь, если одинаковые две кочки друг от друга отличить не сможешь, или свернешь не туда, или на чужую территорию сунешься. И лица, которые видел лишь раз, он всегда запоминал накрепко. Поэтому даже изменившаяся прическа и очки не сбили с толку.
— Ребят, может, идем отсюда… — протянул он, беспомощно оглядываясь и по привычке вжимая голову в плечи.
— Сдрейфил, что ли? — Тима пренебрежительно глянул на отца девочек, затем на машину, из которой тот вышел.
— Что то случилось, молодые люди? — Мужик остановился рядом с девочками, вежливо улыбнулся, на несколько секунд остановившись на лице каждого. Петя дернулся как от хлыста, когда их взгляды встретились.
— Это ваши дочки? — спросил Даниил тем временем. — Они обозвались и кидали в нас камни.
— Что? Он врет! — закричала старшая.
Петя сглотнул, назревало что-то нехорошее, совсем не хорошее.
А мужик строго взглянул на девчонок и приложил палец к губам.
— Как вас зовут, молодой человек? — виновато улыбнулся он, словно действительно верил Дане.
— Какая тебе разница? Сам-то не представился, — буркнул тот.
— Меня зовут Семен Викторович. И если мои дорогие крошки действительно вели себя неподобающим образом, то, разумеется, я готов принести извинения от своего имени. Но сдаётся мне, такой маленький гаденыш, как ты, просто все выдумал.
Даниил побледнел, растерявшись, но лишь только на миг. Глаза наследника кланов блеснули силой.
— Проучите их.
Семен печально вздохнул."
"— Проучить… должны тебя твои родители, за то, что вырос таким паршивцем. Ну или директор вашего интерната. Он что-то плохо он нынче следит за своими подопечными. Уроки прогуливаете? Как там Лев Львович поживает? — Он нахально подмигнул и еще раз обвел взглядом компанию.
