Внутри просторного кабинета затаилась какая-то мрачноватая тишина, напряженная оттепелью воспоминаний о детстве. Правда в глазах девочки лет пяти было искренне смущение: "А Вы будете нашей мамой?", словно она предвкушала новое слово "приют". Сердце больно колотилось в груди — столько же усталых теней и забот....
– Совсем тронулся наш император?!
– Какая разница, зачем! – всполошилась я, всплеснув руками. – Надо спасать малышку! Она же испугается!
– Она? Испугается? – недоверчиво фыркнул Дамиан, уже имевший удовольствие познакомиться с нашей рыжеволосой крошкой поближе. – Да Агни сама кого хочешь испугает! Ее надо спасать быстрее, пока она там дворец не разнесла…
– Ах ты, паразит! – Юлиан с удовольствием двинул подзатыльник брату, и тот поморщился. – Все шутки свои шутишь! В кабинет ко мне, быстро! Надо проработать план дворца и подземелий… наверняка Митрий украл Агни затем, чтобы шантажировать нас и требовать отдать Огненный Цветок.
– А я? – слабо прошептала я, покачнувшись и опершись на мешок.
У меня почему-то закружилась голова.
– А ты отправишься к себе в комнату, Элеонора, – мрачно напустился на меня Юлиан. – И будешь сидеть там, пока мы с Дамианом не скажем. Еще не хватало, чтобы ты попалась в очередную ловушку. И спасать тогда придется еще тебя, плюс к Агни.
– Вечно вы обо мне плохого мнения! – надулась я.
Но наткнулась на два совершенно одинаковых, злющих-презлющих зеленых взгляда братьев и поняла, что смысла упрямиться нет. Поэтому спокойно отнеслась к тому, что Дамиан подхватил меня под руку и повел к двери кладовой, как арестантку.
– Почему не Юлиан? – попыталась протестовать я. Но рыжий маг лишь рассмеялся в ответ.
– Если твой муж поведет тебя в спальню, наша подготовка плана по вызволению Агни может задержаться на несколько часов.
– Пошляк! – фыркнула я и ткнула кулаком в плечо Дамиана. И не заметила, как быстро мы дошли до дверей моей спальни, петляя коридорами.
Когда дверь моей спальни закрылась за рыжим нахалом, я почувствовала себя опустошенной. Словно из меня выкачали весь воздух. Оптимизм испарился, остался только страх перед императором.
– Вдруг он навредит девочке? – шепнула я сама себе, желая успокоиться, но слова повисли в воздухе.
Я вздохнула и присела перед резным туалетным столиком и подумала, что даже не пользовалась причудами косметики Средневековья с момента, как перебралась в замок. А ведь Юлиан специально озаботился тем, чтобы перевезти личные вещи настоящей Элеоноры из ее отчего дома в замок."
"Я потянулась к ящику, доставая хрупкую расписную расческу.
