Внутри просторного кабинета затаилась какая-то мрачноватая тишина, напряженная оттепелью воспоминаний о детстве. Правда в глазах девочки лет пяти было искренне смущение: "А Вы будете нашей мамой?", словно она предвкушала новое слово "приют". Сердце больно колотилось в груди — столько же усталых теней и забот....
Связанный стражник открыл рот, собираясь позвать на помощь, но тут же получил сонным заклятьем от Юлиана. И вместо громкого крика раздался не менее громогласный храп.
Глава 24
Мы спустились в подземелья, освещенные лишь светом факелов. На удивление, среди бесконечных камер – ни единого стражника.
– Скольких же здесь могут держать пленников? – спросила я тихо-тихо, но в акустике собственный голос все равно показался чересчур звонким.
– Много, – мрачно ответил Юлиан. – Митрий не привык жалеть кого-либо.
В этом я убедилась сама, когда мы прошли мимо одной из камер.
В первый момент я бросилась к решетке, обхватывая ее пальцами. Весь план забылся, взяло верх желание помочь, спасти, вытащить отсюда! А потом в глаза бросился остекленевший взгляд. Я похолодела, замирая на месте.
– Пойдем, – мягко сказал Юлиан, и мне на плечо опустилась теплая ладонь.
Я закрыла глаза. Стало жутко от мысли, что Агни оказалась в руках такого, как Митрий. Ведь похоже, в нем не осталось ничего человеческого. А может, никогда и не было. Хотя Юлиан рассказывал, что Митрий искренне скорбел, когда от руки разбойника на дороге погибла его сестра. Похоже, вся человечность на том этапе и закончилась, выгнила… А судя по слухам, верилось, что и смерть могла быть подстроенной. Я глубоко вдохнула, отгоняя эти мысли. И вовремя. Ведь слепо следуя за Юлианом по путанным подземельям, я не заметила главного.
– Стойте!
Оказалось, что все пространство впереди затянуто тончайшими паутинками. Прозрачными, почти незаметными. Разве что под определенным углом.
– А я еще думал, почему нет стражи, – хмыкнул Дамиан.
– Это сложное заклятье, – сказал Юлиан. – Используем магию, чтобы уничтожить «паука», и точно зацепим паутинки. Митрий сразу почувствует.
Я проследила за его взглядом. За паутиной, растянувшейся по коридору шагов на пять, и правда находился «паук».
– Нужно атаковать самого паука? – вполголоса спросила я.
– Да, но магией нельзя… – начал Юлиан.
Я уже не слушала. В моей ладони оказался метательный кинжал. Лезвие – тонкое, короткое, не длиннее пальца. Не зря взяла с собой."
"Прищурившись, я прицелилась.
