Внутри просторного кабинета затаилась какая-то мрачноватая тишина, напряженная оттепелью воспоминаний о детстве. Правда в глазах девочки лет пяти было искренне смущение: "А Вы будете нашей мамой?", словно она предвкушала новое слово "приют". Сердце больно колотилось в груди — столько же усталых теней и забот....
Острие глубоко вошло в ствол дерева.
На секунду я замерла, как завороженная, глядя на подрагивающее оперение. А потом включились инстинкты. Резко пригнуться, сгрести Агни в объятья, закрыть собой. Вовремя, ведь следующая стрела пролетела прямиком над нами.
Юлиан повернулся в ту сторону, атакуя мощной магической сферой. Она понеслась в чащу, и затрещали сломанные ветки. Раздалось сдавленное ругательство: похоже, лучник отскочил в последний момент. А вот его друзья повели себя смелее.
Они бесшумно, как кошки, спрыгнули откуда-то сверху.
При виде всего этого Агни сама прижалась ко мне, пряча лицо на плече с тихим всхлипом. Юлиан шагнул ближе к нам, будто пытаясь загородить собой.
– Что вы делаете на нашей земле, чужаки?! – гаркнул главный среди местных.
Юлиан выдернул из ножен меч, выставляя перед собой. На лице – сплошная решимость. Правда, это служило слабым утешением. С учетом того, что все местные наставили на нас оружие.
– Да пираты очередные, – рыкнул один из них. – Заколоть в полночь во славу богам – и дело с концом. Пока их дружки не притащились нас грабить.
Главный из местных остановил жестом, но явно призадумался. Темные глаза нехорошо прищурились.
– Мы – не разбойники! – Юлиан выступил вперед, глядя максимально честно и открыто.
Он немного замешкался, оглянувшись на меня. Уголок моих губ дрогнул в усмешке.
«Тоже не знаешь, кто я для тебя?» – захотелось поддразнить.
Местные расценили заминку Юлиана по-своему. Они начали переглядываться, обмениваясь скептическими ухмылками. Тот, кого я мысленно окрестила «главарем», демонстративно скрестил руки на груди, фыркнув:
– Что ему делать здесь? У нас корабли проплывают реже, чем солнце затмевается тьмой!
– Да врут они все! Вязать нужно – и все! – самый агрессивный потянулся к веревке, висящей на поясе.
Все двинулись к нам, сжимая кольцо. Агни захныкала, прижимаясь ко мне. Юлиан скрестил клинки с одним из местных, но в схватку тут же вступили и другие.
Кто-то подобрался ко мне со спины. Он грубо ухватил за волосы, лишая возможности защищаться. Другой начал разматывать веревку, собираясь меня скрутить.
– Не трогайте ее! – прорычал Юлиан.
