В Камлямбре наступила тишина — лишь шорох воды и легкий лай птиц. Рождения становятся редкостью из-за ужасающей нехватки денег для матерей и медиков. Бюрократия раздумывает, стоит ли вовсем отказаться от воинского дара, когда оно теряет смысл в условиях экономической кризиса....
Я сколотил ящик «жалоб и предложений», повесил его и попросил обращаться туда письменно.
Стало легче, но не настолько. Зам это скоро почувствовал. Потому что то, что он тянул домой из военторга и думал, что бабы ничего не видят, на поверку оказалось полной ерундой: все они видели и немедленно спросили у него через образовавшийся орган, сколько у него семей и детей. По их расчетам выходило, что жен у него не меньше десяти, а детей не меньше шестидесяти.
Женское зрение, я вам скажу, это нечто!
Командир это тоже скоро почуял.
Собрали они баб с мужьями в клубе, поскольку им все еще хотелось договориться. И командир стал держать перед ними речь.
А командир наш человек невероятной порядочности, хоть и забывчив, и девичьего смущения в нем достаточно имеется, если дело касается смешанных полов, то есть если есть и мужчины, и женщины. И потом, он у нас очень образованный человек, если где кроссворд какой-нибудь, или чайнворд, или же викторина – всегда он занимал первые места.
Но была у него одна особенность: если он вслух говорил о мужчине, то добавлял «ебеньть», а если о женщине, то «бля».
И вот держит он речь перед нашими бабами, которые пришли на встречу вместе с мужьями. Речь о культуре и о том, что не надо материться в присутствии прекрасного пола, о чем этот пол все время напоминает.
Произнося «мужчина», он говорил «ебеньть», а «женщина» – конечно же, «бля».
В зале начинается движение на стульях, сдавленный смех."
"Командир не понимает, в чем дело и начинает волноваться и произносить слова тщательней, отчего вместо одного «ебеньть» он говорит два раза «ебеньть», ну а «бля» он говорит уже три раза.
Бабы от хохота ссали на стулья.
Потом пришел зам и вывел командира под руки – тот по дороге квакал.
Затем он попросил удалиться женщин и полчаса говорил мужикам, что они своих баб, бля, совершенно распустили. Теперь мужики начинают ссать на стулья, и к концу дня помещение было на удивление как загажено.
Потом приняли волевое решение. За пять литров спирта и коробку дефицита наняли нужных баб, проинструктировали, и они три дня на сборах очень ловко, с песнями и с камланием, изображали женсовет.
А Васек во всем этом не участвовал. Он совсем после этого дела сник, подал рапорт, перешел в стройбат, а там и вовсе уволился и сменил родину – уехал в Швецию, где, по слухам, сменил пол и потом уже, со временем, возглавил шведское движение за женскую эмансипацию.
Вот. А еще говорят, что я замов не люблю.
