В темном доме только отдельные вспышки молний или мягкие магические всполохи придают контуры стен. Я за столом с маленьким пульсаром, ярко освещая мои бумаги и страницы книги. Остается всего час до того, как я найду ключ к спасению своей жизни и тех, кого люблю.
Послышались шаги по лестнице – лёгкие, уверенные, и раздался едва уловимый, приятный запах мужских духов, от которых у меня глаза съехались к носу, а запоздалый звериный весенний инстинкт чуть не накрыл меня с головой. Поёрзав по песку, я вновь замер. Затем тяжёлые шаги рядом, и великан с грохотом уселся на ступени, едва не проломив их:
– У меня есть идея, Джинджер.
Он говорил тихо, едва слышно, явно, чтобы его не услышали дроу и Виктор.
– Я тебя слушаю.
– У меня есть немного снотворного для этого шерстяного ублюдка и мясо.
Послышалась довольная усмешка моего брата и тихий шелест. Кусок мяса упал почти что передо мной, исходя приятным, манящим ароматом. Затем показался огромный нож, который слегка надрезал угощение для меня, а в получившийся кармашек великан вложил несколько таблеток снотворного.
Вновь раздались шаги Виктора, но уже в обратном направлении, а затем его голос:
– Где матушка, Джинджер?
– Твоя шлюха укатила в командировку, – огрызнулся Джи."
"То, что происходило потом, надолго запомнилось мне и даже иногда являлось в кошмарах. Молния сверкнула совсем рядом, раздался оглушительный грохот грома, и в своё маленькое окошко между землёй и ступенями я увидел, как вампир грохнулся на спину, уставившись широко распахнутыми глазами в грозовое небо.
– Никогда не смей так говорить о матери. – рявкнул Виктор, и небо снова рассекла яркая молния, дом содрогнулся от фундамента до крыши от грохота грома.
– Да пошёл ты! – крикнул ему в ответ Тёмный, единым движением скидывая с себя Виктора и наступая ему на грудь, а затем низко склоняясь над ним. – Я вырву ваши светлые сердца и съем на закуску.
Сплюнув, вампир отошёл от Виктора и уселся обратно на ступени.
