Они не стали заплетать их в причудливые причёски, что меня невероятно обрадовало, зато сплели вместе в тонкие и по их мнению весьма очаровательные эльфийские косички седые пряди. По словам одной из эльфиек, что трудилась над этим «произведением искусства», это должно было подчеркнуть мою королевскую особенность и величие. На вопрос, почему они переделывают под эльфа оборотня, они ответили растерянными взглядами, как будто бы впервые услышали о том, что бывает кто-то помимо их остроухой братии. Я не обиделся, но серьёзно над этим задумался. А ведь через десятка два лет подрастёт эльфийский принц, оставленный прежней королевой, и мне наверняка придётся убраться с поста, если я не умру раньше. Следом меня поставили на уже такую ненавистную невысокую табуреточку и принялись облачать. Да с таким усердием как будто,.. ах, да, в самом деле, одевали короля. Вообще за весь этот день я успел себя почувствовать беспомощным младенцем, которым все крутят, как захотят и безостановочно умиляются. Конечно, я постарше, чем младенец, но неприятный осадок всё же остался."
"Когда солнце начало скрываться за далёкими западными горными хребтами, я наконец был готов явиться пред очи тех, кто желал увидеть церемонию бракосочетания и коронации, и что-то мне подсказывало, что таких желающих будет совсем не мало, потому как на мою просьбу сделать церемонию закрытой Совет и в особенности Валенсио с Дарэвар отозвались резким и не терпящим возражения отказом — все должны видеть своего короля и его мужей. Кроме того, я собирался сделать Аэлирна своим канцлером, потому как доверенное и мудрое лицо желал видеть с собой в любом случае, а Виктор от такого наотрез отказался. Впрочем, советники, услышав моё желание, тут же похватались за сердца, головы и задницы (у кого что прихватило, как говорится) и принялись квохтать по поводу того, что подпускать Павшего так близко к короне — возмутительно, неправильно да и смотреть на мужа короля в такой высокой должности будут крайне косо. Тут уж и я не сдержался отомстить за невозможность тихо и мирно обвенчаться. Меж тем, стесняться или бояться своего внешнего вида мне совершенно не приходилось, ведь портные поработали на славу, сшив мне удобный и в то же время приятный взгляду наряд, достойный будущего короля. Тёмно-серые брюки с кожаными вставками с внешней стороны бёдер сидели, как влитые и ничуть не стесняли движений, даже, думаю, в них можно было бы с лёгкостью влезть на коня или, положим, пробежаться, чего я, конечно, делать не собирался, потому как знал, что ритуал бракосочетания не предусматривает таких жёстких испытаний. В конце концов, не мне стоило бороться за право быть мужем своего величества.