Когда наконец Аэлирн закончил тратить силы на сушку одежды, Льюис первым двинулся меж деревьев, внимательно вглядываясь вперёд себя, прислушиваясь и стараясь уловить всё и сразу, хоть голова от того и начинала болеть.
Сперва он услышал отдалённые голоса, тихие и не наполненные лёгкостью и счастьем, зато тоской и усталостью — вполне, затем разглядел пляску огня и вялое движение. И уже после он пошёл быстрее, стараясь удавить тоску и прорезающееся чувство вины на корню — эти чувства не могли сослужить ему хорошую службу. Вскоре они вышли к небольшой полянке, впрочем, явно собравшейся разрастись — слышался стук топора по деревьям.
- Эй, ты кто? А ну не двигайся, - окликнули Льюиса, он уже чувствовал, как острый наконечник стрелы смотрит ему прямо в сердце, готовый пронзить.
- Я вам не враг, - негромко проговорил Король, зная, что его всё равно услышат.
- Докажи!
- И как мне это сделать? Короны при мне нет, а вы все слишком молоды, чтобы знать.
- Это ещё что за шутки?
- Да у него клыки! - крикнул кто-то из собирающейся небольшой толпы.
Действовать Льюису пришлось быстро — одновременно сосредотачиваясь на собственной защите, обращая летящую стрелу в пепел, он позволил звериной части себя взять верх. К этой боли было невозможно привыкнуть, нельзя привыкнуть к ломающимся костям и растягивающимся мышцам, звериному сознанию, поглощающему человеческое. Он слышал испуганные вскрики, вздохи удивления, зарычал в ответ, припав к земле и вздыбив белоснежную шерсть, вглядываясь в глаза каждого, кого мог видеть. Тихо посмеиваясь, из тени деревьев вышел и Аэлирн, мягко поглаживая мужа по холке и успокаивая после боли перевоплощения, что затмила его глаза.
- Да это невозможно!
- Он вернулся?
Некоторые падали на колени, некоторые смотрели с недоверием и непониманием, некоторые понимали, что Король вернуться просто так из мира мёртвых не мог, а потому не знали, что испытывать — радость или ужас. Поглядев на них, Льюис принялся медленно перевоплощаться обратно, не обращая внимания на то, что одежда теперь на нём висит жалкими клочками, держась лишь на честном слове и чудом. И хотя он видел бедственность положения, ему было не до разговоров с подданными, не до радостного воссоединения.
- Мне нужен главный, - тихо проговорил он, с безмолвной благодарностью принимая у Аэлирна плащ и закутываясь в него.
Вперёд тут же вышел рослый, крепкий оборотень, равномерно покрытый щетиной и шрамами, серьёзно настроенный и скорее относящийся к тем, кто признал в Короле тёмную сущность Павшего. Коротко кивнув ему, Льюис прошёл через поляну и замер у одного из деревьев, обернувшись:
- Кому-нибудь известно, где Совет?
- Да, Ваше Величество. Но добраться до них… проблематично.
- Где? - несколько раздражённо повторил мужчина.