В темном доме только отдельные вспышки молний или мягкие магические всполохи придают контуры стен. Я за столом с маленьким пульсаром, ярко освещая мои бумаги и страницы книги. Остается всего час до того, как я найду ключ к спасению своей жизни и тех, кого люблю.
Что произошло через несколько мгновений я даже не понял - острое удовольствие прошило моё тело, вырвав из горла сдавленный крик.
- Вот эта точка, - сладко прошептал эльф у меня над ухом, запуская под меня руку и принимаясь поглаживать соски, - скажи, Льюис, мне продолжить?
Издёвка скользила в его соблазнительном, сладком голосе, но мне было так хорошо, что я не мог ему противиться:
- Да, прошу, продолжай!
Довольная усмешка обожгла моё ухо, и он чуть шлёпнул меня по ягодице:
- Приподними свою задницу, дорогуша, и ноги посильнее разведи.
"Едва не распластавшись по кровати, широко разводя ноги, приподнимая задницу и упираясь локтями в постель, я дрожал от некоторого нетерпения и страха, чувствуя себя течной сучкой, которая подставляет свою задницу кобелю. Но и это меня не смущало, к моему ужасу. Несколько мгновений Габриэль возился у меня за спиной, смазывая свою плоть, а затем, стиснув и разведя мои ягодицы, стал примеряться к проходу. Головка его члена проникла с некоторым трудом, доставив мне не мало боли, затем внутрь проник и ствол, вырвав из моей груди сдавленный всхлип.
Эльф двигался сперва плавно, затем срываясь на бешеный ритм, вбиваясь меня до самого основания, до пошлого шлепка плоти о плоть, вырывая из моей груди стон за стоном. Боль и удовольствие сплелись в пьянящий коктейль. Теряясь в ощущениях, я яростно подавался бёдрами ему навстречу, позволяя глубже проникать в себя. Нас уже не беспокоило то, что дальше по коридору нас могут услышать Виктор и Камилла, которые, быть может, и сами усердно занимаются друг другом.
Руки Габриэля стискивали мои ягодицы, то и дело отвешивая смачные шлепки, что лишь больше меня раззадоривало, сознание улетало прочь, сердце билось где-то в горле, отдаваясь стремительным пульсом по всему телу.
