В темном доме только отдельные вспышки молний или мягкие магические всполохи придают контуры стен. Я за столом с маленьким пульсаром, ярко освещая мои бумаги и страницы книги. Остается всего час до того, как я найду ключ к спасению своей жизни и тех, кого люблю.
Тихо играла какая-то попса, в воздухе вились клубы дыма - официанты лениво покуривали, даже не отходя от стойки. Посетителей осталось всего-то ничего: Джинджер со своим помощником и ещё пятеро-шестеро мужиков-завсегдатаев.
- Есть какие-нибудь идеи? - Поинтересовался блондин, медленно попивая виски и стараясь не смотреть на своего “начальника”, который был в бешенстве, пусть и старался это скрыть.
- Надо установить слежку у каждого Коридора, чтобы мы их не пропустили, - произнёс брюнет, отправляя очередной сухарь с соусом в рот и принимаясь яростно им хрустеть, - а я ещё раз проверю город.
Пальцы вампира впились в светлые кудри помощника, подтаскивая его ближе к Мерту, глаза которого сверкали от бешенства:
- А ты отправишься со мной, любовь моя."
"- Да, господин, - судорожно выдохнул блондин в грубо целующие его губы.
========== Свой среди чужих - чужой среди своих? ==========
Пальцы вампира впились в светлые кудри помощника, подтаскивая его ближе к Мерту, глаза которого сверкали от бешенства:
- А ты отправишься со мной, любовь моя.
- Да, господин, - судорожно выдохнул блондин в грубо целующие его губы.
О нежности и любви Джинджера не было и речи. Он лишь пылко, с безумной страстью и злобой целовал податливые губы некогда любимого существа, после ставшего обычной игрушкой для расслабления. Впрочем, не без обоюдного согласия. Конечно, вампиру льстило то, что это существо унижается ради него, лишь бы он его касался.
Элерион - какое мягкое, звенящее имя! Возможно, оно подошло бы грациозному красавцу-эльфу, а не изуродованному шрамами обращённому беглецу и предателю, который ругался почище сапожников во время работы, да охотно подставлял задницу всем, кому это было нужно.
