В темном доме только отдельные вспышки молний или мягкие магические всполохи придают контуры стен. Я за столом с маленьким пульсаром, ярко освещая мои бумаги и страницы книги. Остается всего час до того, как я найду ключ к спасению своей жизни и тех, кого люблю.
Когда я явился в этот мир вновь, пьяный от жажды мести, всё мне виделось таким ничтожным и мелким, что теперь мне становилось совестно и мерзко от себя самого. Мою голову забивали легендами о том, как Павшие вырывались из Долины и стремились утопить мир в крови, как эпохи окрашивались в алый, как несколько веков прошли в тяжкой борьбе с этими порождениями самых чёрных желаний и страстей. И в то далёкое время, когда мальчишка Льюис пытался добраться до Совета и только должен был возложить на свою голову корону, мне казалось, что нет существ сильнее, чем Павшие.
Раз в несколько сотен лет обязательно родится такой маг, чьи силы будут столь остры, что сама материя мира будет от них плавиться. Павший же, а точнее тот, кто им становится, добивается таких результатов, оттачивая их за гранью. Там, где мешает только абсолютная тишина и отсутствие каких либо ощущений. Поэтому мы видим иначе, чувствуем иначе, слышим, но на этом всё и заканчивается.
Следы коня гонца отпечатались на сырой дороге просто восхитительно, и у нас не оставалось сомнений, куда ехать, куда направиться в следующую очередь.
– Что собираешься делать, Льюис? – поинтересовался Аэлирн, поравнявшись со мной и коснувшись моего плеча.
– Проследим за ним осторожно. Я уверен, что он несёт вести Вайнеру.
