В темном доме только отдельные вспышки молний или мягкие магические всполохи придают контуры стен. Я за столом с маленьким пульсаром, ярко освещая мои бумаги и страницы книги. Остается всего час до того, как я найду ключ к спасению своей жизни и тех, кого люблю.
Чувствовать намерения друг друга за милю, понимать с одного взгляда. Это был пик ваших сил! А затем всё покатилось в тартарары. Кристофер просчитался и облажался. Звук падения его задницы в эту лужу слышали, наверное, все миры вокруг. Взять Виктора в плен было великолепной идеей, мой муж проделал работу так чисто, как не смог бы никто другой. Захватил его разум, увёл от вас и подал Императору на блюдечке. Мы думали, что это будет последним и лучшим аккордом нашей игры, но нет. Кристофер забыл, каким восхитительным политиком был когда-то Аэлирн, но это было мелочью.
– Зачем вам всё это? – с некоторой усталостью поинтересовался я, почему-то чувствуя себя голым после этой речи вампира.
– Голод. – Спокойно признал вампир, и я ощутил его клыки на собственной шее, но он не торопился кусать. – Нам мало места в этом мире, мы не можем развиваться так, как заложено в нашей крови. Эльфы, оборотни, прочая светлая дрянь – это отголоски прошлого, то, что вскоре загнётся без природы и плясок возле костра.
– Ты ставишь на другую лошадку? – попробовал почву я, не сводя с него взгляда. По бледным губам расползлась ухмылка.
"– О да, Льюис. Мы все ставим на другую лошадку. Но не думай, что это облегчит твою месть. Император, каким бы паршивым он ни был, остаётся нашим повелителем. И мы будем сражаться за него до последнего.
– Но не ты.
Роул вздрогнул и распахнул глаза, резко отпрянул от меня. И все эти огрызания, шипение и выпущенные клыки меня ничуть не волновали, даже не веселили, не злили.
– Говорят, что вампиров можно убить, лишь отрубив им голову.
