В этой книге ты погруешься в глубины стычки между директрисой и подчиненной, где эмоции переплетаются с юмором, а каждый удар укора резко меняет мир героинь. Проникаясь остротой их конфликтов и отчаянной решимостью восстановить справедливость, читатель окунется в жаркое и непредсказуемое подобие драмы, где любовь и разумные призывы не могут одолеть соблазнительное противостояние....
Олеговна, бросив аптечку, выбежала из кухни и теперь что-то валила на пол в ванной комнате.
— Вот, — прибежала она обратно. И, шурша так, будто открывала для меня конфеты, всунула мне что-то в одну ноздрю, а затем и в другую. Какой-то хренью пощекотало губы. — Удобно?
— Вроде, — опустил я голову и посмотрел в глаза пьяной панды. — А что это?
— Мои тампоны. Подошли? Мне вот с ними очень удобно. Их даже почти не чувствуешь. И кровь они отлично впитывают…
— Помолчи, Маруся. Просто помолчи, — пришлось отвести обеими руками нитки ото рта, чтобы можно было сделать глубокий вдох, попытаться успокоиться и не подавиться ниткой от затычки.
Глава 4. Михаил
— Не дёргайся.
— Больно, — пискнула Олеговна, обнимая рулон бумажных полотенец.
— Вот поэтому и не дёргайся. Быстрее закончим, быстрее освободишься.
Пришлось снять с себя свитер, чтобы Маруся перестала натягивать мне его ворот на голову.
Кое-как смог раскрасить ее коленки зеленкой. От пластыря Олеговна отказалась наотрез, объясняя это тем, что боится их отрывать.
— Всё. Иди, — встал я и закинул бутылёк зелёнки обратно в аптечку. Использованные ватные палочки собрал в пучок. Примерно прикинул, что мусорное ведро может находится под раковиной, и не прогадал. В него же закинул и тампоны, которые вылетели из носа, как пробка из бутылки шампанского. Надо сказать, удобная штука.
Пришлось ополоснуть нос и лицо от ощущения присохшей крови. Оставив полотенце на полке, где и взял, я повернулся в сторону гостиной и только в эту секунду заметил, что здесь имеется подобие перегородки между кухней и гостиной в виде стеллажа, уставленного кактусами разных размеров, цветов и форм. Машинально окинул кухню взглядом и понял, что нормальный цветов здесь нет. только кактусы кругом.
Самой хозяйки этого колючего царства видно не было, зато было прекрасно слышно, как в ванной текла вода и снова выла Маруся.
Подавив вздох раздражения, пошёл к ванной, где, остановившись у закрытой двери, громко постучал.
— Ты там выяснила, что не тонешь? — спросил я, чтобы перекричать шум воды.
— Косметические процедуры провожу, — откликнулась Олеговна глухо.
— А ноешь из-за чего?
— Не получается, — с громким всхлипом.
Усмехнувшись, качнул головой и вернулся в студию.
